но тут ее пронзил удар огненной энергии, шокировав и отбросив назад.
(Она хочет амулет, дура! Убей ее!) — закричали голоса.
Граф, дрожа от страха и предательства, а также от боли (ведь большая часть темной энергии, атаковавшей Лиану, прошла и через его тело), начал читать заклинание. Его глаза затянулись маслянисто-черной пеленой, а в его ладонях загорелся адский красный огонь. Он собирался вырвать жизнь из Лианы, остановив ее сердце одним заклинанием, но оставив тело нетронутым. Она должна была стать его личной, особенной зомби.
Но у Лианы был свой козырь. Подняв руку вверх, она крикнула: «Вернись!» — и в небе раздался гром, такой мощный, что окна Некрополя задрожали. Витражи вспыхнули, и раздались крики горгулий, пронзенных летящим копьем.
Мифриловое копье Лианы пробило потолок с такой силой, что оставило дыру, в которую мог бы пролететь виверн, и, когда сверкающее серебром оружие оказалось в ее руке, его магическое лезвие ударило по крышке саркофага с силой молнии, расколов ее.
Лиана заглянула внутрь гробницы и закричала.
Крик Лианы прокатился по Некрополю, и Галлант, услышав его, с ревом взмыл в воздух, унося Надю, Риса и Киску. Орда зомби внизу увидела, что происходит, но могла только шипеть и рычать. Те, кто подлетел слишком близко, были разорваны зубами Галланта, сбиты магией Нади или обезглавлены мечом Риса.
Увидев дыру в крыше Некрополя, Галлант сложил крылья и ринулся вниз, спасать свою госпожу, не заботясь о том, выживут ли трое незнакомцев на его спине.
Галлант приземлился, сбросив Надю и Риса на пол. Почти не замечая их, он зарычал на Графа (голого и дрожащего), и тот попытался спрятаться в нише.
— Это некромант? — недоверчиво спросил Рис, обнажая меч.
— Ну, это Граф, — Надя пожала плечами. — Но его амулета нет!
— Она украла его! — закричал Граф, указывая на разбитый саркофаг.
Галлант инстинктивно отпрянул, и Рис с Надей увидели Лиану, стоящую обнаженной, с копьем в одной руке и целым амулетом в другой. Вокруг нее дул странный ветер, ее золотистые волосы отливали красным, а глаза (раньше голубые) горели, как рубины.
— Я снова жива! — заревела Лиана не своим голосом. — Мой дух нашел новый сосуд, и этот жалкий пешка предоставил мне армию нежити. Сегодня моя война начинается снова.
— Вот дерьмо, — ахнула Надя.
Звук ломающегося дерева и рвущихся петель предупредил их — зомби идут.
— Рис, займись Лианой! — крикнула Надя, срывая с себя рубашку. — Она одержима, но ее душа все еще там. Если разбудишь ее, мы сможем снять амулет. Киска и я займемся зомби!
Надя взмахнула руками, вызывая волны огня, а Киска, прыгая между врагами, сбивала черепа с плеч.
Рис бросился к одержимой Лиане, но его атака была неуверенной. Он не хотел ранить ее, и это сковывало его. Она парировала удар копьем, рассмеялась и ударила его в грудь, оставив в доспехах вмятину. Он откатился, поднялся и снова поднял меч, но она ударила копьем снова, отбросив его еще дальше.
Изящно, как балерина, Лиана кружилась в воздухе, нанося удары копьем, рассекая кожаные ремни, удерживающие его доспехи, целясь в вмятину на груди, надеясь пробить ее. Она засмеялась, размахнулась копьем, как дубиной, и выбила его меч. Она снова ударила, и на этот раз копье пробило боковую часть доспеха, рассекая бок.
— ААААА! — закричал Рис.
Лиана подняла его с земли копьем, словно он весил не больше игрушки, и пригвоздила к стене. Ее светящееся красное лицо улыбнулось ему, приблизившись так, что он почувствовал ее потное дыхание.
— Твоя кровь, — сказала Лиана зомби-голосом, который на самом деле принадлежал Наталье. — Я узнаю ее запах. Ты из рода
Cосед