одно — нейтрализовать все другие формы магии. Рассеивающие заклинания обычно очень редки и очень слабы, но похоже, что твоя милая попка родилась с таким её количеством, что ты можешь отменять даже мои самые мощные разрушительные заклинания.
Нильрем задумчиво потер свои гениталии, размышляя над этим.
— Так... если бы я трогал фею слишком долго... ну... занимался с ней сексом... это убило бы её?
Женщина посмотрела на него с лёгкой грустью.
— Да. Скорее всего. Твоя сперма была бы особенно смертельна для всего магического. Твоя сексуальная энергия, вероятно, — это то место, где твоя магия наиболее сконцентрирована.
Эгоистичные, похотливые мечты Нильрема о том, чтобы заполучить свою собственную фею, развеялись. Слёзы навернулись на глаза, когда он осознал, что никогда не трахнет фею — да и, скорее всего, вообще ни одну киску, кроме как у платной проститутки.
Колдунья почувствовала его грусть и наклонилась вперёд, почти подползая к нему, как голодная шлюха.
— Не плачь, милый. Твоя сила — это дар.
— Нет, это не дар, — всхлипнул он. — Из-за этого я навсегда останусь девственником.
Она чуть не рассмеялась.
— Вообще-то, я думаю, ты вот-вот получишь лучший секс в своей жизни, малыш.
Нильрем посмотрел на неё, и его член моментально встал снова. Она смотрела на него, как похотливая пума, её глаза были тяжёлыми и горячими, губы слегка приоткрыты, когда она тяжело дышала. Её большая грудь медленно вздымалась, как мехи сексуальной печи. Исходящее от её тела тепло было настолько сильным, что он чувствовал его кожей — а значит, оно было натуральным, а не магическим.
— Мне нужна твоя помощь, — серьёзно сказала она.
Он просто смотрел в её глубокие зелёные глаза.
— За мной охотится злая, ревнивая колдунья. Уже почти месяц она преследует меня. Её магия почти, ПОЧТИ так же сильна, как моя, но я устала и ослабла. Моя магия питается сексуальной энергией, а из-за того, что я в бегах, я не получала хорошего траха уже несколько недель. Если я снова столкнусь с ней, она убьёт меня.
Сердце Нильрема бешено заколотилось в груди. Он понял, о чём она просит, и эта ответственность заставила его почувствовать себя более мужественным, чем когда-либо раньше. Никто ещё не доверял ему и не нуждался в нём для чего-то подобного.
— Твоя сила может склонить чашу весов в мою пользу. Твоё прикосновение ослабит её, высосет её, как пруд под палящим солнцем. Помоги мне победить её, и я обещаю... я... выебу... твой... мозг... наизнанку.
Маленький член Нильрема начал брызгать спермой ещё до того, как он сам это осознал. Тонкие струйки семени упали на землю, и хотя он не заметил её движений, колдунья отклонилась, чтобы ни одна капля не попала на неё. Его колени дрожали, а губы издавали похотливые всхлипывания, когда волны оргазма прокатились по его телу. Он чувствовал себя настолько хорошо, что даже не смутился, что кончил перед этой великолепной богиней, даже не будучи к ней прикоснувшимся.
— Да, — выдохнул он. — Я помогу вам.
— Отлично, — она улыбнулась, медленно облизывая губы. — А теперь иди подожди снаружи. Я вызвала для тебя одежду. Найдешь её висящей на ветке ближайшей ивы. Я скоро выйду, и мы отправимся в более подходящее место. Скажем... к тебе домой?
Нильрем кивнул, его член уже снова твердел.
— Потрясающе. Так... как тебя зовут, мачо?
— Нильрем.
— Приятно познакомиться, Нильрем. Меня зовут Надя Мешан, но ты можешь называть меня как угодно, когда будешь трахать меня позже. — Она подмигнула ему. — Я откликаюсь на "Госпожа", "Королева", "Шлюха", "Сучка", "Дыра для члена" и "Спермоприёмник". Меня называли по-разному. А теперь выползай
Ненасытная малолетка или как Дэймон первый раз выебал пелотку.