упора, глубокий быстрый напор, заставляющий меня задерживать дыхание, затем снова частая, дробная работа, от которой по телу шёл трепет, а мои ягодицы и бедра непроизвольно сжимались в такт.
Её пальцы, сдавливавшие основание, были единственным, что хоть как-то сдерживало лавину. Я уже почти не чувствовал ничего, кроме этого, жгучего горячего кольца из влажных пальцев. Я несколько раз чувствовал, что вот-вот кончу, но волна освобождения вновь и вновь упиралась в преграду из этого оберегающего мою надежду кольца. Это странно, но я чувствовал благодарность Ане за такую заботу...
И вдруг Аня весело говорит — Все хватит! Дальше сам...
Её хватка исчезла. Резко, словно сорвали давно присохший пластырь. Это была не свобода. Это была ловушка. Моё тело, привыкшее к её контролю, было совсем не готово сопротивляться такому удовольствию. Да и вряд ли справилось бы. И в эту самую долю секунды, пока мой мозг ещё не успел осознать предательство, её рука, моментально, не давая члену вернуться в его обычное положение, метнулась наверх, крепко сжав в кулаке семявыносящий проток (ту часть, что соединяет мошонку с пенисом), заставляя кожу на головке натянуться до блестящего розоватого глянца. В тот же миг она аккуратно, но быстро стянула онохал, и силикон с глухим шлепком упал на пол.
Оргазма не было. Не было ни судорог наслаждения, ни спазмов, ни вспышек за веками. Был сбой. Тело просто медленно спускало давление через перегнутый шланг. Из меня, без малейшего удовольствия, просто вытекла сперма.
Тёплая, густая, она медленно истекала из почти онемевшего члена, который беспомощно смотрел в потолок в этом неестественном положении. Не толчками, а одной непрерывной струйкой. Она не била, не пульсировала — она просто стекала по уздечке, по стволу, скрываясь где-то между ягодиц и вновь появляясь на внутренней стороне бедра, растекаясь, чтобы в конечном итоге с тихим звуком начать капать на пыльный пол. Внутри была только пустота и гулкое недоумение. Это был не финал, а технический сброс отходов.
Я просто лежал и пытался исчезнуть, пытался представить, что я где-то в другом месте, где все тихо и спокойно, но знаете забыться довольно сложно, когда тебя иногда подергивают наверх за мошонку и посмеиваются тихонько над тем, как реагирует твое тело.
Аня наблюдала некоторое время, её ладошка всё ещё сжимала меня, как веревочку кукловод. Потом она резко разжала хватку. Мои яйца отяжелело и больно упали на место.
Она встала, отряхнула руки, хотя они и не были испачканы. Её сперма не коснулась. Её взгляд скользнул по мне — всё ещё напряжённый маленький член, с которого медленно сочится белая жидкость, и лужица на полу между моих колен.
—Кстати я хочу, что бы ты знал. По правилам ты проиграл сразу, как только остановился, а за все остальное можешь сказать мне спасибо. – как бы между делом сказала Аня.- Ну как тебе? Понравилось? Ты рад что получил разрядку? Ахахаха! Ну можешь начинать копить сперму в своих мешочках чтобы через неделю или две еще где-нибудь послужить причиной для мытья пола.
—А вот еще что! Я же тебе обновку приготовила! — её голос звучал легко и весело, будто она показывала новую кофточку. — Это тебе не твоя старая модель которая выпирает и мешается. Это, внимание, «НаноКелл Ультра Макс»! Или как-то так. Нихрена не понятно, тут все на китайском. Заказывала на Алике, кстати. — Она поднесла штуковину к моим глазам. Металл кокетливо блеснул своей глянцевой поверхностью.
— Я как только ее увидела подумала что ты бы в ней очень мило выглядел, ну и заказала.
Аня вертит в руках какой-то блестящий гаджет, похожий на скрепку для
Катина дырочка