Как он будет дальше в жизни? С таким ростом у него и размер этого... ну того самого, наверное, огромный. Это надо девушку крупную.
Она увидела, что я старательно хмурюсь и быстро проговорила:
— Нет, ты не думай. Он меня никогда не привлекал. Но что же делать?
Сдерживать смех становилось всё труднее.
— Это - серьёзный грех, - стараясь оставаться серьёзным проговорил я.
— Ты думаешь? А, да ты смеёшься.
— Нет, правда. Спать с одним мужчиной и представлять себя другого.
Тут я осёкся. Не хватало только, чтобы Алька напомнила мне об Оле. Она, слава Богу, оказалась умнее и просто дурашливо хихикнула:
— Я исправлюсь, обещаю. Но можешь меня за это отшлёпать.
— А что? – я сделал вид, что раздумываю, - Это действительно пойдёт тебе на пользу.
С этими словами я перевернул смеющуюся девушку на живот, задрал на ней юбчонку и стянул вниз трусики. Несколько раз хлопнул ладонью по попе, но сразу же не утерпел и принялся целовать в «избитое» место.
— И это всё? – Алька всё ещё смеялась. – Ай! Щёкотно. Ты и вправду серьёзный доминант!
Я оторвался от сладкой задницы.
— Алефтина Дмитриевна! Вы откуда такие слова знаете?
— Я, между прочим, учитель русского языка. К тому же есть один пошлый физрук, он меня развращает. Ой!
Я опять шлёпнул Альку раскрытой ладонью, на этот раз уже ощутимее.
— Ну хватит, Лёша. Опоздаем!
Я не слушал. В тот день мы всё-таки опоздали. Алька, возможно впервые в жизни.
Глава 3
Педсовет. Что может быть скучнее? Мест у стола как обычно не хватало и сидел в углу, устало прислонившись спиной к шкафу. У нас два завуча плюс директриса, вот они-то по очереди и разглагольствовали. Планы, правила ведения документации, отчётность. Хотелось спать. Я с трудом сдержал зевок и постарался изобразить на лице живую заинтересованность происходящим. Алька начала говорить про поддержание дисциплины. Я смотрел на неё с удовольствием и думал, что ей вполне удаётся роль строго педагога. Хотя внешне она очень мало похожа на завуча. Вот сейчас она повесила какой-то график и водит по нему указкой. Ну чем не одиннадцатиклассница? Строгие туфельки, узкая тёмно-синяя юбочка, белоснежная блуза, а поверх короткий жилет с крупную клетку. Волосы схвачены неброской заколкой в легкомысленный хвост. Самым консервативным в ней сейчас является волосатый лобок, но про него кроме меня не знает никто.
Я не удержался и хмыкнул. Алька повернула голову и хлопнула указкой по столу, как вероятно делала на своих уроках, призывая учеников к вниманию. Но на педсовете...
— Я что-то весёлое сказала, Алексей Викторович? Или может быть Вы всё это уже знаете и так? Тогда не стесняйтесь, пройдите сюда и объясните всем.
Нападение было неожиданным и я промычал что-то невразумительное.
— Министерство выпустило новый циркуляр и нравится Вам это или нет, но работать придётся отныне именно так. И кстати наша премиальная часть зависит в том числе и от правильности оформления всей отчётности, с которой у Вас и в прошлые времена было очень слабо.
Но я уже почти овладел собой.
— Алефтина Дмитриевна! – я поднял руки, - Я - весь сплошное внимание. Просто поперхнулся.
— Постарайтесь держать свой организм под контролем!
Это было уже слишком. Я собирался ответить и уже открыл было рот, но Алька возвысила голос:
— Попрошу меня не перебивать и выслушать до конца. Мы все понимаем, что кроме школы у Вас имеется ещё дополнительный тренерский заработок. И возможно именно сейчас Вы торопитесь в свой клуб. Но пока что Вы являетесь нашим педагогом и будьте добры подчиняться общим правилам.
На неё с удивлением посмотрели даже пенсионные тётушки – раньше она таких выпадов себе
Однокурсники