ее соски, набухшие, как будто вот-вот лопнут, горели от удовольствия, она дрожала и стонала, когда фрау Хильда, прижимаясь к ней сзади, не прекращала ласкать ее грудь и лизать шею даже на секунду. Она понятия не имела, какие интенсивные ощущения могут доставить такие ласки, и совершенно не подозревала, каким мощным ключом к ее телу и наслаждению может быть нежная кожа на ее шее.
— А...а ! — с тоской застонала она, когда очередная волна жара затопила ее, и грубая рука начала массировать нижнюю часть ее живота, опасно приближаясь к линии трусиков.
Фрау Хильда знала, что она в ее руках, что она наконец-то сможет дать волю желаниям, которые подавляла столько лет. Она возбуждалась, от одной мысли, об этом, крепче сжимая когтистую руку на упругой сиське девушки, погружая пальцы глубоко в нежную плоть, заставляя Аню визжать. Она методично разминала большие, упругие сиськи, в то время как другая ее рука растирала все большие и большие круги на стройном животе девушки.
Аня была в трансе. Словно загипнотизированная, она отдалась в объятия наслаждения, регулярно издавая стоны, когда прикосновения старухи доставляли ей такое неожиданное, ранее неведомое удовольствие. Несмотря на столько факторов, которые должны были быть и, вероятно, были отталкивающими, для нее в фрау Хильде, она не могла устоять, взрыв чувств, которые она испытывала, невозможно было остановить. Каким-то образом эти грубые, костлявые руки заставляли ее корчиться, от удовольствия, неудержимо стонать, от постоянно нарастающего сексуального возбуждения. Ее соски торчали, набухшие до предела, пульсирующие в ритме беспощадного разминания и давления, постоянно ласкаемые фрау Хильдой.
Выпрямленный, длинный, желтый палец с ногтем медленно скользнул, под нежный материал трусиков Ани, неумолимо продвигаясь все дальше. За этим немедленно последовала вся рука. Когда пальцы фрау Хильды впервые пробежали по девственной, нежной киске Ани, она громко взвизгнула, тут же рефлекторно сжав бедра, но незваную гостю в трусиках, уже не удалось прогнать. Пальцы фрау Хильды крепко прижимались к теперь уже очень влажным половым губам Ани, без какого-либо движения, как будто сначала просто наслаждались простым прикосновением к чудесному, нетронутому саду наслаждения девушки, но вскоре они начали неуклонно двигаться, нежно массируя ее киску.
Фрау Хильда в очередной раз с нескрываемым желанием положила свой рот на обнаженную шею девушки, продолжая одной рукой ласкать эти чудесные сиськи, а другой массируя чудесную, горячую киску, которая все больше заливалась соками наслаждения. Она чувствовала, как Аня дрожит, как экстаз медленно затягивает ее внутрь, в то время как она все больше и больше поддавалась ему, ее границы разрывались, а нарастающие стоны ясно указывали на то, что ее тело начинает наращивать грандиозный оргазм, шокировать сознание ощущениями, о которых она никогда не мечтала.
Аня чувствовала, как ее тело все больше дрожит, она неудержимо стонет, ее дыхание было настолько поверхностным, что она едва могла вдыхать воздух. Она чувствовала, какая она невероятно мокрая, как ее киска, ласкаемая умелой рукой фрау Хильды, источала потоки соков, и наслаждение, которое переполняло ее, как прилив, стало заставлять видеть темноту перед глазами, восприятие мира, через чувства, отличные от осязания, исчезло, и остались только ощущения наслаждения.
«Оо...о! Девушка заскулила, когда дрожь, от радости сотрясла ее тело, и она стояла у ворот своей кульминации оргазма.
Внезапно фрау Хильда вынула свою мокрую, блестящую руку, из теперь уже совсем мокрых трусиков Ани и, крепко сжав пальцами завязку тонких трусиков, одним сильным рывком сорвала нижнее белье с тела девушки, безвозвратно уничтожив его. Ее горячая, красиво розовая девственная киска сияла, от удовольствия и экстаза. Фрау Хильде смотрела на это чудо, похотливо дыша, затем потянулась, за ножницами, лежащими на
Ошибка