станет царём. Сестры с осуждением посмотрели на Пирру.
— Ну и что хорошего,, если бы его убили? - сказала Исса.
— Уж лучше с нами здесь - сказала Антисса.
— Не слушай Пирру, она вредная. - Ная погладила его кудрявые волосы - Мы рады, что ты с нами, без тебя было скучно. - И она вдруг поцеловала царевича в щёку.
— Ная! - старшая покачала головой.
—, А что, могу я поцеловать новую сестрёнку? С тобой же мы целовались.
— Ну да.. - Дея вдруг поставила щеку кузине, потом другую. Это был ритуал, потому что она была старше и по возрасту и по знатности. Потом склонилась к юноше.
— А теперь ты, Керкиса.
Царевич приподнялся и поцеловал её в обе щеки. Это явно доставило обоим удовольствие. Близняшки сказали, что они тоже хотят и полезли целоваться.
— Вот видишь, здесь тебе будет хорошо. А они пусть воюют... Ради чего вообще? - спросила Ная, потягиваясь и щурясь на солнце.
Юноша объяснил, что заморский царевич украл у одного из наших царей жену красавицу.
— Что же в ней такого, что все воевать собрались? - изящно повела тонкой бровью Дея - Ну, а ты уже и так в плену у красавиц, правда? - и она провела его ребром стопы по коленям.
В это время вошла ментора и девушки разлетелись под одеяла. В этот раз они даже не решились пойти под фонтан. Вечером они занялись шитьём и посмеивались над неумелыми действиями своей новой "подруги".
Жаркие дни потянулись медленно. Царевнам всё больше нравилось развлекаться с Керкисирой. Царевич же чувствовал постоянное возбуждение и не всегда удавалось от него избавиться.
Утром они бегали на пробежку в сублигах. Царевич бегал быстро, но иногда пропускал вперед сестер, чтобы полюбоваться стройными ногами. Днем они занимались спортом, рукоделием или критскими танцами.
Юноша, переодетый в девушку, участвовал во всех этих женских занятиях. В играх он был первый, рукодельничать не любил, во время танцев стоял у стены и смотрел, как царевны старательно вращают бедрами.
Пирра тоже любила подвижные игры и не любила женские дела. Но дружбы между ней и царевичем не было. Возможно потому, что сестры относились к нему с большей нежностью, чем к ней.
Пирра всегда мечтала о брате, а это выходит пятая сестра какая-то, будто без неё было мало. В свою очередь царевич быстро привык, что сразу несколько девушек его все время целуют и обращаются ласково. И от колючей насмешницы предпочитал держаться подальше.
У царевен были свои секретные шалости и они понемногу вовлекали в них юношу. Как-то они все набегались на жаре, вспотели и запыхались. Менторы рядом не было.
— -Ну что? - спросила Дея оглядываясь.
— Сиськотряс? - переспросила Ная.
Они сняли верхние сублиги, подхватили обнаженные груди руками и потрясли со смехом. Исса и Антисса последовали их примеру, хотя их грудки ещё не укладывались в ладошки. А Лике и Пирре трясти было нечем, но и они с удовольствием избавились от мокрой ткани.
Царевич стоял как заворожённый. Впервые он видел круглые сосуды Деи, изящную грудь Наи, маленькие подушечки близняшек. Даже невзрачные соски Пирры, производили на него впечатление.
— И ты тоже снимай - мягко сказала Дея - И пора наконец помыться. А то я уже не могу.
Девушки впервые после долгого перерыва подошли к фонтану и с удовольствием подставили плечи под холодную струю. Их перизомы тоже намокли, но никто не пока не решился первым их снять.
К тому же в грот вошла ментора и они поторопились одеться. Выходя из грота старшая царевна насмешливо посмотрела на строгую рабыню, а та только покачала головой. А царевич побежал в покои,
Мороз и страсть