— Пристаю к тебе, — его голос звучал хрипло. — Ты же такая сладкая...
Она оттолкнула его, но он достал телефон. На экране — видео из леса. Она замерла.
— Удали это! — её голос дрожал.
— Удалю, — он улыбнулся. — Но не просто так. Ты же целый месяц трахалась с Артёмом, а я тут без секса. Хочу тебя.
Он показал, как палец зависает над кнопкой удаления. Она понимала — видео можно восстановить из корзины. Это шантаж.
— Ну ладно, — прошептала она. — Что ты хочешь?
Он расстегнул ширинку. Она опустилась на колени и взяла его член в рот. Он застонал, проводя пальцами по её волосам.
— Не так договаривались, — прошептал он. — Я хочу большего.
Он поднял её, бросил на кровать и вошёл в неё. Сначала она сопротивлялась, но потом тело начало отвечать — алкоголь и возбуждение сделали своё дело. Он трахал её грубо, как Павел, но с какой-то странной нежностью — целовал шею, грудь, шептал, какая она красивая.
— Молчи, сучка, — прошипел он, когда она застонала громче. — Это наша тайна.
Он кончил в неё, потом перевернул и вошёл снова. Она уже не сопротивлялась — её тело само требовало продолжения.
Утром приехал муж, похвастался законченным ремонтом, и они уехали в город. Виктория купила путёвку в Турцию на деньги Павла — одной, без семьи. Она смотрела в самолётное окно и думала, что где-то там, в корзине телефона сына, лежит видео, которое может разрушить её жизнь. Но тогда, в той спальне, она получила то, чего хотела — власть над тем, кто шантажировал её. И это была сладкая, горькая победа.
Палочка-выручалочка