взъерошенного Денниса Франца. На нем была красно-зеленая гавайская рубашка, шорты цвета хаки, дешевая соломенная шляпа и кроссовки Ray Ban Wayfarers прямо из 80-х. В руках у него был старый потрепанный дипломат, который он бросил на стол, когда сел напротив меня.
— Черт возьми, сегодня там жарко. Клянусь. - Сказал он с легким британским акцентом, доставая из своего кейса папку с бумагами и приступая к их просмотру. - Дарлин Ингаллс, 32 года, зарегистрированная демократка из Окленда, Калифорния, замужем за неким Кеннетом Лоуренсом Ингаллсом в течение десяти лет. Ммм, - он продолжил просматривать, а затем его брови почти комично взлетели вверх. - Призналась в торговле опиумом. - Он посмотрел на меня поверх своих "Рэй Бэнс". - Миссис. Ингаллс, простите за мой французский, но, похоже, вы по уши в дерьме.
Я вдруг разозлилась из-за того, что мой муж нанял такого некомпетентного болвана представлять мои интересы по таким серьезным обвинениям. - Это Кен нанял вас представлять мои интересы? – спросила я его.
Он посмотрел на меня недоумевающим взглядом и усмехнулся. - О нет, миссис Ингаллс. Извините за невоспитанность. Я Иэн Бьюкенен из посольства США здесь, в Бангкоке. Я должен был быть здесь несколько недель назад, но ваше досье попало ко мне на стол всего два дня назад.
— А как же Кен? Вы его видели? Он тоже здесь?
— Мне придется разобраться с этим, миссис Ингаллс. Я ничего о нем не получал. - Я вдруг задумалась, почему мне потребовалось так много времени, чтобы поговорить с представителем моего правительства, и почему он ничего не знал о моем муже.
Мы проговорили, наверное, с полчаса, прежде чем он поразил меня этим. - Миссис Ингаллс, главная причина, по которой я здесь, заключается в том, что верховный прокурор Таиланда уведомил нас о своем намерении предать вас суду до Рождества. Мне нужно спросить вас, есть ли кто-нибудь в Штатах, кто может нанять адвоката, который будет представлять ваши интересы.
— Нет. Мои родители умерли десять лет назад. Нам с сестрой пришлось продать все их имущество, чтобы расплатиться с долгами, а потом Луиза связалась с парнем и сбежала. Я даже не знаю, как ее найти. У нас с мужем есть деньги, если вы сможете получить к ним доступ.
Он встал, чтобы уйти, и у меня мелькнула мысль спросить его, нельзя ли перевести меня в более подходящее учреждение. Только я собралась открыть рот, как увидела, что оба охранника пристально наблюдают за мной. Я поблагодарила Иэна за внимание, и он пообещал посмотреть, что ему удастся узнать о Кене. Он также сказал, что подыщет мне адвоката.
Он встал, и дверь открылась. В мгновение ока он исчез, а трое охранников снова были в комнате, надевая на мои руки наручники. Они не сказали ни слова, когда проводили меня к лифту и обратно в мою камеру. Я была рада, что мне удалось сохранить эту одежду, так как моя старая была в значительной степени опасным мусором.
Следующие три недели я плакала, пока не засыпала каждую ночь. Я знала, что Карлос, должно быть, подложил опиум в мою сумку. Я не знала почему, но я молилась, чтобы его поймали, он признался и очистил мое имя, чтобы я могла вернуться домой. Я чувствовала себя еще хуже из-за того, что моя неверность навлекла на моего любимого Кена неприятности. Что он должен был подумать? Если только он и его компания не занимались контрабандой наркотиков, он понятия не имел, почему это произошло.
Однако я не думала, что Кен занимается контрабандой наркотиков. У нас было несколько случаев,
На задней парте