меня об опиуме. Это, должно быть, ошибка, потому что у меня не было даже ибупрофена, не говоря уже о запрещенных наркотиках, таких как опиум. - Прошу прощения. Вы сказали, я провожу контрабандой опиум?
Его взгляд стал ледяным. - Я знаю, что мой английский далек от уровня американца, но я четко задал вопрос. Для кого вы занимаетесь контрабандой опиума, миссис Ингаллс?
Я просто сидела, ошеломленная. Как они могли подумать, что я что-то провожу контрабандой? Я не выходила из своей комнаты, кроме как поесть и провести вечер с Кеном и его деловыми партнерами. - Я ничего не провозила контрабандой. - Прохрипела я.
Не говоря ни слова, мужчина встал и вышел из комнаты. Дверь захлопнулась, и я снова осталась наедине со своими мыслями. У меня пересохло в горле, а они оставили бутылку воды на столе. Я попыталась дотянуться до нее, но была слишком крепко скована.
Я дергалась и подскакивала, надеясь, что мои путы не такие крепкие, как кажутся. Все, чего мне удалось добиться, - это вызвать боль в руках и немного вспотеть. Все, что я могла делать, - это смотреть на бутылку. На то, как конденсат собирается бисеринками и покрывает ее поверхность.
Мне ужасно хотелось хотя бы просто слизнуть прохладную влагу с внешней стороны бутылки. Несколько капель стали достаточно крупными, чтобы скатиться по бутылке и образовать лужицу на поверхности стола.
Время шло, и все больше драгоценной жидкости стекало в лужицу на столе, и мне хотелось пить все сильнее. Как раз в тот момент, когда я подумала, что сейчас закричу, дверь открылась, и кто-то вошел в комнату позади меня.
Я повернула голову и увидела, что это был тот самый офицер, который допрашивал меня некоторое время назад.
— Опиум, миссис Ингаллс. Я уверен, что вы на самом деле не хотите, чтобы он попадал к молодежи на улицах нашего города, не так ли?
— Но я ничего не провозила контрабандой. - Едва слышно прошептала я. Он выглядел встревоженным, схватил бутылку с водой и сделал большой глоток. Мне хотелось кричать, когда я смотрела, как падает уровень воды в бутылке.
Он причмокнул губами и удовлетворенно вздохнул. - Это было здорово. – сказал он. - Как бы жарко ни было в этой комнате, только глоток холодной воды может принести такое удовлетворение.
Если бы у меня так не пересохло в горле, я уверена, слезы потекли бы ручьем. Я вдруг поняла, что если не расскажу о контрабанде опиума, то не получу воды. - Хорошо. Хорошо, я расскажу. - удалось мне выдохнуть.
Я понятия не имела, что сказать, но мне пришла в голову абсурдная мысль. Я знала, что Карлос уехал в Бангкок, и сомневалась, что они смогут его найти. - Это был Карлос. – сказала я. - Он предложил мне пятьсот долларов за то, чтобы я пронесла ему его опиум.
— Кто такой этот Карлос, миссис Ингаллс? – спросил он.
— Он сидел рядом со мной в самолете, летевшем из Чиангмая. Он дал мне опиум, когда мы были в воздухе. Я накрыла нас одеялом, когда мы перекладывали его из его сумки в мою.
Мужчина посмотрел на меня и подтолкнул бутылку ко мне, но остановился, держа ее в паре сантиметров от моей руки. Я всхлипнула от разочарования, а затем подняла глаза на мужчину. Он улыбнулся и сказал: - Итак, миссис Ингаллс, вы признаетесь в контрабанде опиума?
— Да! Да, я признаю, что провезла опиум контрабандой. - Сказала я, когда он сунул мне в руки бутылку с водой. Я сделала большой глоток, а он встал и вышел из комнаты. Пока
Порка