скомандовала она мягко, но так, что в голосе не осталось и намека на вопрос. Она сама при этом продолжала сидеть в кресле,.
Катя замерла. Ее взгляд метнулся к Андрею, который стоял неподвижно, как статуя.
— А... Андрей? — пролепетала она, ища хоть какую-то отсрочку.
Яна снова улыбнулась, наслаждаясь ее смущением.
— Что? Тоже пусть разденется, — прозвучало как само собой разумеющееся. Она легким повелительным жестом показала на своего парня.
Андрей, не говоря ни слова, медленно спустил с себя трусы и остался стоять перед ними полностью обнаженным, его возбуждение было очевидным и, казалось, лишь усиливалось от происходящего.
Катя ахнула и отвела взгляд, щеки пылали.
— Ну, я не это имела в виду... — смущенно прошептала она.
— А что ты хотела? — с легкой насмешкой в голосе спросила Яна, внимательно наблюдая, как взгляд Кати снова и снова непроизвольно возвращается к обнаженному телу Андрея, задерживаясь на его члене. Ее взгляд был таким же завороженным, как и в тот первый раз в доме.
— Ну? Кто он вам? Почему он здесь? — снова заговорила Катя, все еще пытаясь оттянуть неизбежное, не начиная раздеваться.
Терпение Яны подошло к концу. Ее голос стал тверже, властным, без обиняков.
— Ты раздевайся, а я расскажу. Шлюха, которая подчиняется, не должна задавать много вопросов.
Фраза «шлюха, которая подчиняется» сработала безотказно. Катя вздрогнула, и не стала перечить. Ее пальцы дрожащими движениями потянулись к застежке джинсов. Она медленно, стесняясь каждого движения, начала раздеваться под пристальными взглядами Яны и обнаженного Андрея.
Пока Катя стягивала с себя одежду, обнажая свое молодое тело с поблескивающим пирсингом, Яна говорила спокойно и методично, как будто комментировала погоду:
— Андрей? Он моя игрушка. Он выполняет все, что я скажу. Сейчас он покорный. Через пять минут может быть нет — это уже как я решу. А в обычной жизни он мой парень, если можно так выразиться. У нас... свободные отношения.
Яна посмотрела на Катю, стоящую в одних трусиках, и наконец медленно поднялась с кресла. Ее движения были плавными, как у хищницы, подбирающейся к добыче. Она подошла вплотную, и ее взгляд заставил Кату похолодеть.
— И это сними. Лишнее, — тихо, но не терпяще возражений, приказала она, указывая взглядом на последнюю деталь одежды.
Катя, не в силах ослушаться этого властного тона, дрожащими руками стянула с себя трусики и отбросила их в сторону, полностью обнажившись. Она стояла, опустив глаза, чувствуя на себе тяжелые взгляды обоих.
Яна обошла ее вокруг, изучающе разглядывая каждую деталь.
— Вот, давай поговорим о твоих табу и границах, — ее голос был спокоен, но в нем чувствовалась стальная хватка. — Вот у Андрея нет ничего, что он не сделает ради меня. Он готов перешагнуть любое табу. А ты? Готова ли перешагнуть табу ради... своего любимого? Ради того, чтобы доставить ему высшее наслаждение?
В это время Яна уже стояла перед Катей, и та видела, как под тонкой тканью платья четко обозначились затвердевшие соски Яны. Возбуждение хозяйки было очевидным и заставляло сердце Кати биться чаще.
— Скорее всего, да... — неуверенно прошептала Катя.
— А если тебе прикажет твоя госпожа... — Яна сделала ударение на слове, впервые официально присваивая себе этот титул в их диалоге, —. ..единожды нарушить табу? Просто чтобы посмотреть, понравится это тебе или нет? Согласишься ради эксперимента?
Катя все так же неуверенно, стараясь не смотреть в глаза, пробормотала:
— Смотря... какое это табу. И какой эксперимент.
Ответ явно не понравился Яне. Ее лицо стало строже.
— Это плохой ответ. А за плохие ответы тебя будут наказывать. Согласна?
Катя заволновалась, почувствовав, будто почва уходит из-под ног.
Философия группового секса