гостиную вошел Андрей. Он нес поднос с двумя чашками ароматного кофе. Он был по-прежнему обнажен по пояс, и каждое движение его мышц играло под светом ламп. Катя не смогла отвести от него взгляд. Ее глаза широко раскрылись, губы приоткрылись. Идеальное тело, служащее фоном, смешалось в ее голове с яркими воспоминаниями о той ночи, о вседозволенности, о запретном удовольствии. Она почувствовала, как по внутренней стороне бедер разливается предательское тепло, заставляя ее едва заметно поежиться.
Ее поведение не могло остаться незамеченным. Яна наблюдала за ней с едва уловимой улыбкой удовлетворения. Все шло её по плану.
Яна уверенно вела диалог достаточно долго. Они неспешно пили кофе, разговор тек плавно, будто между старыми знакомыми. В один из таких спокойных моментов Яна мягко спросила:
— А как у тебя дела с твоей мечтой о пирсинге?
Катя замешкалась, но затем, слегка покраснев, ответила:
— Всё отлично. Я... сделала проколы.
Яна явно заинтересовалась, ее взгляд стал более пристальным, но она не спешила наступать.
— Я рада, что твоя мечта сбылась. Это смелый шаг. — Она сделала искусную паузу, прежде чем плавно перевести разговор в нужное русло. — Давай еще поговорим о подчинении? Ты как-то упоминала, что тебе это нравится, но был страх...
— Да, это так... — Катя потупила взгляд, играя краем чашки. — Я не понимаю, почему, но мне нравятся унижения. Это... возбуждает.
— И как же ты будешь с этим бороться? — голос Яны звучал участливо, будто она действительно беспокоилась о ее благополучии. — Тебе нужна помощь?
— Не знаю... Наверное, просто постараюсь забыть, завершу с этим. Мой парень... это не поддержит.
Услышав о парне, Яна лишь улыбнулась, словно ожидала этого.
— Ну, Катюш, свои сексуальные желания скрывать не нужно. Если тебе что-то нравится, нужно себя удовлетворять. Иначе будешь всю жизнь несчастной.
— Но как? — в голосе Кати прозвучала неподдельная растерянность.
— Я могу тебе помочь, — предложение прозвучало легко и естественно. — В нашем мире это называются сессии. Я могу их тебе устраивать. По твоему желанию, конечно.
— Нет! — ответ Кати прозвучал резко и отсекающе. — Я не хочу изменять парню.
Этот отпор явно не устраивал Яну, но ее выражение лица не изменилось.
— Ну, зачем же сразу изменять? — она мягко запротестовала. — Можно поговорить. Приводи его сюда на следующий сеанс. Мы всё ему покажем, объясним. Андрей поможет, — она кивнула в сторону своего парня, который молча стоял на своем посту. — Мы мягко подготовим его, введем в курс дела. Он мог бы стать твоим хозяином в сексуальном плане. Твоим личным, единственным. Разве не об этом ты мечтаешь?
Катя задумалась. Картина, нарисованная Яной, казалась невероятно соблазнительной. Сергей, знающий все ее тайные желания... Сергей, который доминирует над ней... И она при этом не предает его, а, наоборот, делится с ним самым сокровенным. Это было бы идеально.
— Возможно... вы и правы, — медленно, все еще сомневаясь, проговорила она.
— Конечно, права, — мягко, но настойчиво парировала Яна. — Но прежде чем вовлекать твоего молодого человека, мне нужно понять тебя саму. Насколько ты... готова. Насколько покорна индивидуально. Чтобы знать, как лучше построить ваши с ним будущие сессии. Это ведь только для твоего же блага, правда?
Катя сделала паузу, погрузившись в размышления и воспоминания. Внутри нее боролись стыд, страх и то самое темное, щемящее любопытство, которое всегда тянуло ее на дно. Наконец, она тихо, почти беззвучно, выдохнула:
— А что делать? — и беспомощно посмотрела на Яну.
Такая реакция была именно тем, чего ждала Яна. Ее лицо озарила торжествующая, властная улыбка.
Анжелика I Развратная