оставалось меньше времени на то, чтобы сидеть и думать о плохом.
Ей также нравилось, что теперь у неё было больше секса — и лучше, чем раньше. Она чувствовала гнев Игоря, когда он грубо обращался с ней в постели, но ей нравилось ощущение, будто она его игрушка. У неё было больше оргазмов, чем когда-либо, и некоторые были настолько сильными, что ей казалось, будто их можно засечь сейсмографом.
Через две недели Марине понадобились ещё деньги от Игоря, и она отдала ему чеки за все покупки. Игорь сразу заметил крем за 1050 рублей.
— Что это? — спросил он, указывая на чек. Он выглядел рассерженным.
Марина на секунду задумалась о лжи, но знала, что Игорь её раскусит. Она сказала правду.
— Ты не поняла, что я имел в виду, когда запретил тебе покупать что-либо, кроме еды и бензина?
— Это всего лишь 1050 рублей, а обычно он стоит 4200, — ответила она.
— Верни его. Получи деньги назад, — сказал Игорь.
— Я не могу, Игорь, — ответила Марина. — Он со скидкой, потому что его снимают с производства. Возврат невозможен.
Игорь выглядел настолько злым, что Марина испугалась, что он накричит на неё. Может, даже снова ударит. Вместо этого он задал вопрос.
— Ты уверена, что хочешь сохранить брак? — спросил он.
— Я дал тебе простые правила, которые ты должна соблюдать, если не хочешь, чтобы я разрушил твою жизнь. Но, возможно, ты настолько глупая и высокомерная неудачница, что не сможешь их выполнять.
— Если это так, сдавайся сейчас. Нет смысла тратить время, пытаясь заставить тебя вести себя так, как тебе не под силу.
— Игорь! Я смогу! Мне очень жаль, что я нарушила твои правила. Это больше не повторится, обещаю! — воскликнула Марина. — Дай мне ещё один шанс!
Игорь с отвращением посмотрел на неё.
— Ладно, — наконец сказал он. — Ты помнишь, что я говорил о последствиях за нарушение правил?
— Да, — тихо ответила Марина.
— Хорошо. Рад, что помнишь.
Он схватил её за запястье, резко дёрнул, и она упала к нему на колени. Одной рукой он зажал её запястья за спиной, а другой поднял юбку до талии. Он стянул трусы до колен, затем расстегнул ремень.
Марина испытывала смесь страха и восхищения, пока Игорь грубо обращался с ней. Это укрепляло её понимание, что Игорь — сильный мужчина, который больше не потерпит её выходок. Она знала, что он собирается выпороть её, и эта мысль пугала её. Ранее он шлёпал её достаточно сильно, чтобы было больно. Теперь она боялась представить, насколько больно будет от ударов толстым кожаным ремнём.
Ей не пришлось долго ждать. Игорь ударил ремнём по её оголённой плоти, раздался громкий ШЛЁП!, эхом разнёсшийся по комнате. Он повторил удар. И ещё. Каждый раз боль была ослепляющей.
Он игнорировал её мольбы, продолжая хлестать её по голой попе.
Шлёп! Пауза. Шлёп! Шлёп! Пауза. Шлёп!
Паузы между ударами были почти такими же мучительными, потому что давали ей время представить, насколько болезненным будет следующий удар. Иногда Игорь бил её по задней поверхности бёдер. Иногда опускал ремень чуть ниже талии. Она не знала, куда попадёт следующий удар, только то, что пытка, казалось, длится вечность. Марина кричала снова и снова, плача и умоляя его остановиться.
Это было больнее всего, что она испытывала раньше. Настолько, что это шокировало. Когда они поженились, она не могла представить, что Игорь способен шлёпать и бить её. Теперь, зная, что он может выпороть её так жестоко, она ощущала потрясение.
Когда это наконец закончилось, Игорь удерживал Марину на коленях, чувствуя, как
с любимым в машине