За перекусом в кафе Алина заказала десерт и, к изумлению Димы, протянула ему ложку.
— Хочешь попробовать?
Он замешкался, но отказываться не стал. Их пальцы мельком соприкоснулись.
Денис тут же встрял:
— Тёть Алин, а мне?
— С тебя хватит, ты себя вел плохо — она усмехнулась, но покраснела.
Дима молча ковырял десерт, чувствуя, что закипает.
Раз уж выехали, решили сходить в кино. В темноте зала Диме казалось, что Алина случайно касается его руки и тут же отдёргивает.
Денис иногда что-то шептал ей на ухо, и она хихикала.
После сеанса Алина поинтересовалась:
— Ну как, понравилось?
Дима пробурчал:
— Фильм так себе.
Денис ухмыльнулся:
— А мне – зашло.
Дома Алина ушла в душ, а братья остались в гостиной. Напряжение в воздухе можно было потрогать.
— Ну что, дерево, — Денис ухмыльнулся. — Расслабься.
Дима его проигнорировал.
Перед сном Алина заглянула к ним в комнату пожелать спокойной ночи.
— Спасибо за сегодняшний день, сынок, — она потрепала Диму по волосам. — Ты был милым.
Затем повернулась к Денису:
— Так, а тебе я обещала массаж? — в голосе зазвучали томные нотки, которые в тишине комнаты казались вызывающими - только недолго, у тебя 5 минут.
Денис картинно перевернулся на живот, уткнувшись лицом в подушку, но его довольную ухмылку было слышно и так.
— Ждал, не дождался, — пробормотал он, торжествуя.
Алина присела на край кровати, и её бедро слегка коснулось его ноги. Она налила немного масла в ладони, растёрла, и тёплая капля упала на спину Дениса, медленно растекаясь по коже.
— Расслабься, — прошептала она, и её пальцы заскользили по позвоночнику, вызывая мурашки. Затем давление усилилось: разминала мышцы, круговыми движениями спускалась к пояснице, задерживалась там, будто случайно касаясь верхнего края трусов.
Денис застонал, приглушённо, но достаточно громко, чтобы Дима, лежавший рядом, сжал кулаки.
— Хорошо? — спросила Алина, и в её голосе послышалось дрожание.
— Очень… — прохрипел Денис и чуть подался вперёд, ища большего контакта.
Её руки продолжили путешествие — теперь по бокам, чуть касаясь рёбер, затем вверх, к плечам. Она наклонилась ближе, и её дыхание коснулось его шеи.
— Ты такой напряжённый… — прошептала Алина, и её губы почти касались его кожи.
Денис резко перевернулся на спину.
И тут Дима всё увидел.
Через тонкую ткань трусов отчётливо проступал бугорок. Алина замерла, взгляд скользнул вниз, но она не отстранилась. Напротив — её пальцы медленно опустились на его грудь, скользнули по животу, едва касаясь пресса, будто случайно, но до ужаса намеренно.
Денис затаил дыхание. Его руки вцепились в простыню.
Алина продолжила массаж, но теперь движения стали ещё медленнее, ещё чувственнее. Её ладонь прошлась по внутренней стороне его бедра, и он вздрогнул, подался вперёд.
— Тёть Алин… — его голос – хриплый, умоляющий.
Она задержала руку там, совсем близко, рядом с резинкой, где судорожно бился пульс…
И вдруг — убрала.
— Пять минут вышли, — её голос снова стал лёгким, игривым. Она встала, поправила халат. — Спокойной ночи.
Дверь закрылась.
В комнате повисла гнетущая тишина.
Денис лежал, расплывшись в довольной ухмылке, его грудь всё ещё тяжело вздымалась.
— Ну что, Димон… — прошептал он, победно поглядывая на брата. — Это только начало.
Дима скрипнул зубами.
Завтра будет ещё хуже.
ДЕНЬ 9
Солнце вытащило Диму из сна, прокравшись золотым лучом сквозь неплотно задернутые шторы. Голова гудела, как растревоженный улей, а веки отчаянно сопротивлялись пробуждению. Протерев глаза, он тут же вспомнил вчерашний вечер – словно удар под дых.
Призрачные тени, скользившие по стенам спальни, приглушенный смех, материнский голос, мягкий, как шелк, ласкающий слух… А потом – ее руки. Пальцы, играющие на коже Дениса, застывшие в опасной близости от края его трусов. Ярость заклокотала в груди,
Разлитый чай