давайте скорее! – мне вдруг почудилось, что если сию минуту не утолю жажду, то просто умру.
Блондинка понимающе хмыкнула и, слегка выпятив живот, подставила под свою обнажившуюся ложбинку обычный бумажный стаканчик. В него, шипя и пуская обильную пену, заструилась живительная влага.
Откуда вообще взялся этот стаканчик? Ведь только что его не было у нее в руках. Настоящее чудо! Настоящая артистка!
– Прошу! – протянула она мне ароматный стаканчик с щекочущими нос пузырьками.
– Спасибо! – искренне поблагодарила я свою спасительницу, осторожно пригубив напиток.
Газировка как газировка, ничем не отличающаяся от той, что в бутылках. А может, ее и в бутылки так же разливают? Усмехнувшись своей догадке, я залпом осушила стаканчик.
– А можно еще? – чувствуя, как эта теплая, сладкая влага оживляет тело, я протянула стакан обратно.
– За поцелуй! – блондинка хитро улыбнулась.
– Как это? – я наигранно захлопала ресницами.
– А вот так, – она снова выпятила своё лоно, слегка разведя пальцами половые губы. – Один поцелуй – один стаканчик, два поцелуя – два стаканчика!
– Ой, да запросто! – ни секунды не раздумывая, согласилась я. Поцеловать эту звезду в её «звезду» – мечта моего детства!
Опустившись на колени, я припала губами к самому прекрасному источнику влаги на свете. Даже не целовала, а, скорее, сосала, поэтому газировка полилась в мой рот постоянным потоком.
Напилась я от души! Пусть газировка и теплая, и немного выдохшаяся, зато ее было много.
Блондинке тоже всё понравилось, и мы расстались довольные друг другом, словно две старые подружки. Звезда, а по сути – обычная земная женщина!
Помахав на прощание рукой, я вновь зацокала каблучками, поднимаясь по ступеням. Обернулась. Ого, как высоко я забралась!
Дворик лежал пере до мной словно на ладони. Вот там, игриво журчит фонтанчик с мальками, а там, статуя, как всегда, грозит кому-то веслом. Тихий прудик, окруженный людьми, сразу напомнил об Эльзе. Обязательно нужно вернуться к ней, только сперва позвоню мужу. Стадион, там толчея, мне сверху не разобрать, что происходит. А вот белоснежный шатер возводят, и даже отсюда я вижу надпись - "Только для молодоженов!"
Чья-то суетливая тень маячит вблизи шатра... Да это же Иван Иваныч! Как раз он то мне сейчас и нужен.
Я делаю шаг, нога оставляет ступень, и в тот же миг порыв ветра, словно песчаная завеса, хлещет в лицо. Пыль ест глаза. Зажмурившись, я растираю веки, распахиваю взгляд и тут же, поражённая, снова закрываю. Что это? Где я опять?
Раскаленное солнце бьёт в глаза. Дворик... тот самый, заветный, откуда рукой подать до метро, но сейчас это не имело значения. Обнажённая я посреди двора, словно античная статуя, обнаженная и беззащитная. Казалось, не хватало лишь стайки любопытных мальчишек, готовых к изучению возбуждающей детали моего тела. Возвращающиеся с работы прохожие своим потоком обтекая меня таращатся, как будто голых женщин никогда не видели.
Но где... где же он, где тот дворик, в котором я только что была? Где лестница, светлые волосы блондинки, где все эти ставшие знакомыми лица? Где, черт возьми, Иван Иванович? Мне нужна моя одежда, мой телефон! Я должна позвонить мужу!
Под удивленные, а порой и откровенно похотливые взгляды прохожих, я заметалась по улице, охваченная паникой. Внезапно что-то нежное, ласкающее коснулось моей ноги, пробежало по бедру, животу, и, наконец, мокрым, прохладным поцелуем коснулось моего носа, щекоча его.
Я потерла лицо ладонью, глубоко вдохнула, пытаясь сдержать чих. Но было поздно. Громкий, оглушительный чих разорвал тишину улицы, заставив прохожих шарахнуться в стороны. Мои глаза распахнулись.
Пьяная начальница