— Давай, расстилай, а я за чаем схожу, Крис опять ушла и вернулась с двумя стаканами в подстаканниках доверху наполненными дымящимся ароматным чаем и коробкой конфет подмышкой. После снова вышла и вернулась с плечиками на которых аккуратно висела форма проводницы. Увидя удивление во взгляде Эл, пояснила:
— Это если кто нагрянет. Мало ли что... - Крис не сильно переживала, но подстраховалась, - а теперь по чаю и спать.
16.
Крис легла рядом, повернувшись к Эл набок. Они оказались так близко, что смешивалось их дыхание, пахшее чаем и конфетами. Теснота была уютной, обволакивающей. Интимность прямо как студень окутывала дрожашей пеленой тела женщин.
Крис первой нарушил хрупкую дистанцию. Она приблизила лицо и коснулась губами губ Эл. Это был не страстный поцелуй, а скорее вопрос, легкий, как прикосновение крыла бабочки. Эл подождала пока Крис закончит и ответила таким же нежным движением. Их губы встречались снова и снова, исследуя, узнавая. Язык Крис пролез сквозь мягкие губы Эл, коснулся зубов, и Эл разрешила ему войти – медленно, без спешки.
Руки женщин сами нашли друг друга. Пальцы Крис, сильные и умелые, принялись нежно гладить спину Эл, скользя по позвонкам, заставляя ее выгибаться от сладкой дрожи. Эл, в свою очередь, запустила руку под майку Крис, касаясь ее теплой, упругой кожи, ощущая под пальцами мощные мышцы спины. Крис не разделась, и ласки Эл были скрыты тканью, что делало их еще более тайными и волнующими для Крис.
Крис отодвинулась на мгновение, чтобы снять свою майку и трусы. Теперь женщины были на равных. Этого было достаточно для нежных прикосновений, поглаживаний, небольших щекоток ноготками. Эл увидела грудь Крис – полную, тяжелую, с темно-румяными, крупными ареолами и сосками, которые стояли твердыми камешками, упираясь в грудь Эл. Собственная грудь Эл, хоть и меньшего размера, но достаточного чтобы носительница могла гордиться её формой, отвечала тем же, напряженные соски болезненно и приятно терлись о грудь Крис.
Женщины снова прильнули друг к другу. Теперь их тела соприкасались обнаженными животами, грудями, бедрами. Все что разделяло их, все препятствия и покровы были устранены. Крис опустила голову и принялась покрывать влажными, горячими поцелуями шею Эл, ее ключицы, склоняясь все ниже, к верхнему краю груди Эл.Эл вскрикнула, когда губы Крис нашли ее сосок и принялись нежно покусывать его, рассасывать, втягивая в свой рот и отпуская наружу. Они лежали совсем голые, вжимались друг в дружку, но не сильно, неспешно. Их ноги переплелись, мокрые промежности прижимались друг к другу, создавая сладкое, пульсирующее влажное трение, оставляющее мокрые следы на ногах.
Не было спешки, не было грубого проникновения. Только живот к животу, грудь к груди, и медленные, ритмичные движения бедер. Они смотрели друг другу в глаза, и в этих глазах было все: и стыд, и восторг, и удивление, и возбужденное наслаждение, и бесконечная благодарность. Их дыхание сбивалось в единый ритм, стучавший в как бы унисон с колесами, а тела раскачивались и прижимались в такт покачиванию вагона.
Эл чувствовала, как нарастает знакомое, сладкое давление внизу живота. Она прижалась лбом к плечу Крис, тело Эл начало содрогаться в предвкушении прихода. Крис, чувствуя это, ускорила свои ласки клитора Эл который вздрагивал при сжатии губ в промежности Эл. Крис умело находила все ее желанные точки. Тихие, сдавленные стоны были их единственной музыкой под стук колес.
Оргазм накатил на Эл не как ураган, а как теплая, ласковая волна, накрывающая с головой. Она не кричала, а лишь застонала глубоко, из самой груди, и ее тело обмякло в объятиях Крис, хотя и продолжало вздрагивать. Успокоившись
В армии