бёдер выброшена на фиг и партнёр уже берёт меня в попу, лежащей на боку. Его пальцы драконят мне клитор, язык и губы ласкают шею и мочку уха, а я, если бы не одеяло в моих зубах – кричала бы в голос.
Какая же дичь, девушке так вести себя с отчимом!
Ни сдерживать, ни тем более противиться накатывающей на меня волне нет ни малейшей возможности и вскоре она сметает остатки моего девственного стыда, а из моей груди вырывается восторженно-истошный рёв. Я, выгнувшись всем телом, дрожу, насаженная до основания попой на члене нового мужа моей мамы и чувствую как он пульсирует, обильно выплёскиваясь в покорённое им нутро.
— О-ох, Верочка, детка. .. какая же ты невероятная.
Довольный любовник целует меня и продолжая сжимать в ладонях моих малышек, легко скользит внутри моего тела, пока отчаянно сокращающийся сфинктер не выталкивает из себя его опадающий член вместе с мутными белёсыми сгустками.
Закатив глазки я чилю в наслаждении после своего первого в жизни анального соития, а мамин муж берёт в руки телефон, разводит в стороны мои булочки и делает снимки моей зияющей, растянутой дырочки.
— Милая, уютная и пока ещё такая узкая.
— Вам понравилось?
— Девочка моя, твоя чувственная попа принесёт радость ещё многим мужчинам, поверь.
— Вениамин Альбертович, а Вы и с мамой такое вытворяете?
— Вера, ну мы же давно договорились, можно просто «папа». И уж если тебе интересно то нет, твоя мама в сексе очень сдержана и традиционна, она ещё только согласилась заниматься любовью при свете и позволила себя вылизать. Даже не представляю как они с твоим отцом тебя зачали?
— Так мама ведёт себя как бревно?
— Я так не сказал. Оля нравится мне как женщина, но её дочь, гораздо более обучаема в постели.
— Стараюсь. Ведь «папочка» мне за это платит...
— Тебя это оскорбляет?
— (улыбаюсь) Совсем нет. Могу, кстати, предложить мою одноклассницу Лопухину. Она многое уже пробовала и Вам не придётся брать её в попу.
— Спасибо дитя, но мне пока будет достаточно тебя и твоей матери. Вера, мне ведь не нужно объяснять, что мама Оля не должна знать о нашей с тобой партнёрской программе?
— Конечно. (улыбаюсь) Ведь тогда она с Вами разведётся или даже посадит в тюрьму. Девочка не должна расти без «отца».
Я дерзко улыбаюсь, Вениамин ещё несколько секунд смотрит на мои вызывающие, бесстыдные кривляния и за ногу тянет ближе.
— Иди ка сюда дрянная девчонка, «папочка» употребит твой грязный рот по назначению.
Член отчима снова топорщится, меня бесцеремонно хватают за загривок, упираясь головкой в плотно сомкнутые губки. Я звонко смеюсь, нарочито уворачиваюсь:
— Это ведь уже следующая моя услуга, . .. правда?
— Ну разумеется, моя прелесть, . .. не отвлекайся и сядь мне пожалуйста своей сладкой писей на лицо. ..
Могла ли я не согласиться?
Да конечно, нет! Ведь помимо рублёвых «плюшек» это было ещё и чертовски приятно. Высосать всё до капли и дрожа от вожделения, извозюкать лицо партнёра, пометить его и точно знать, что в постели ты лучше своей взрослой матери.
Этой ночью мама Оля стала народной избранницей, а я трижды сдоила её мужчину, насквозь пропитала своими флюидами их постель, четыре раза кончила сама и заработала десять тысяч рублей.
Выглядит как проституция?
Да, но тогда, набалованная мужским вниманием и лёгкими деньгами, я об этом не думала. Первое понимание тяжести такого бытия пришло на следующий день, при попытках сходить в туалет.
Ой, мамочка, как мне не передать что это была за трагедия?
Простите, конечно, но в прямом смысле слова не присесть, ни пукнуть, ни тем более сходить по большому.
Турецкий пиписька