некуда. А мясо к чему? В духовке гусь уже доходит. Еще крылышки куриные я приготовила и окорок.
В общем, всё было, как всегда. Аня сразу подхватила пару ледяных бутылок пива – себе и сестре, и отправилась в сад, где они расставили шезлонги для загара.
Тёща с тётей Леной, заканчивали сервировку широкого деревянного стола, установленного на веранде, а мы с Сашкой отправились изучать предстоящий фронт работ. В конце концов, приехали мы не только загорать и рыбачить. Нужно было максимально помочь одинокой женщине с ремонтом и бытовыми проблемами. Поднявшись на крышу, наш короткий консилиум пришел к выводу, что мелким ремонтом тут не обойтись, и проще полностью перестелить шифер. Тем более, что новый был уже заблаговременно тётей закуплен и уложен в стопку у забора.
— Слушай, а Анька совершенно не меняется, - похвалил свояк, - такая же миниатюрная конфетка.
Я сразу заметил, что как только мы забрались на верхотуру, взгляд его был больше прикован к загорающим в одних купальниках жёнам, чем к шиферу.
— Можно подумать, Алёна сильно изменилась...
— Ну... как сказать... мне кажется чуть располнела...
— Не дури. Она всегда была покрупнее Ани. Такая и осталась. А вот, кто располнел, так это ты.
— Это д-а-а-а! – довольно поглаживая выступающее пузо, протянул Саня.
За стол мы сели едва палящее солнце стало клониться к закату, и веранда окунулась в приятную вечернюю прохладу. Уже наполовину оприходованное в ходе подготовки к застолью пиво, пришлось мешать с крепкими домашними наливками, которые тётя загодя поставила на стол. До шашлыка, конечно же, дело так и не дошло, а вот коньяк под гуся мы с Саней всё же распробовали.
Вечер был крайне душевным. Ближе к одиннадцати, когда над кронами деревьев уже раскинулись россыпи мерцающих звёзд, захмелевшие тёща с сестрой затянули протяжные казачьи песни. Голос у обоих был мелодичный, и слушать их было одно удовольствие. Чуть позднее, допив бутылку наливки, к хору присоединились Аня с Алёной, а потом и мы со свояком.
Дальнюю дорогу Сашка всегда переносил тяжелее. Он очень быстро стал клевать носом, потом встал из-за стола, чтобы прогуляться, и через полчаса был обнаружен храпящим на нашем самодельном «траходроме».
Мне же алкоголь, напротив, придал энергии. Оставив старшее поколение тихо беседовать за опустевшим столом, мы с сёстрами отправились на прогулку по ночному селу. С наступлением темноты вечерний ветерок полностью иссяк, и духота неожиданно усилилась. Я сразу заметил, что Аня с Алёнкой уже хорошо наклюкались: язык слегка заплетался, походка стала неуверенной. Анька, к тому же, начала чудить. Заметив, что дорога глухая и безлюдная, она сорвала с себя верх купальника, и весело замахала им над головой. В темноте ореолы светлой груди заметно выделялись на загорелой коже.
— Анька! Ты что дура? – возмутилась Алёна, - Андрей, как ты ей такое позволяешь?
— А что такого? - пожал плечами я, покосившись в сторону Алёны, - давай и ты тоже...
— Да, конечно!
В одном дворе громко залаяла собака, и приземистое окно осветилось электрическим светом.
— Кто там? – раздался недовольный мужской голос.
Анька торопливо прикрыла грудь руками и рванула в темноту к тётиному дому. Мы с Алёной за ней, с трудом сдерживая смех. Вернувшись, девчонки по очереди приняли душ, переоделись и отправились спать. Мне же, на удивление, ложиться совершенно не хотелось. Присев за стол, я плеснул в рюмку коньяка, достал из закрытой кастрюли остывший кусок мяса, и стал всё это неспеша смаковать, любуясь звёздным южным небом.
Духота не ослабевала. Напротив, воздух наполнился влагой, и на коже стала проступать липкая испарина. Просидев в одиночестве до часа ночи, я, наконец-то, решил тоже идти
Девушка для состоятельных мужчин. Часть 10