его мозг упорно отказывался понимать складывающуюся вокруг реальность. Он лишь помнил, как из глубины Маркистана выплыли огни какого-то громадного автомобиля и на площадке, вокруг новогодней ёлки, едва развернулся сигналя и сверкая габаритными рубинами бледно-розового оттенка Хаммер-лимузин. На крыше его действительно горели буквы TAXI, но было ли это TAXI случайным, Москвич так и не понял.
Потом он видел, как все со всеми прощались и целовались. Девушки украдкой смахивали что-то с ресниц, вероятнее всего назойливые снежинки, ведь не слёзки же? Ещё он запомнил огорчённые взгляды его друзей – Крохи, Славика и Кости, когда они хотели подойти к нему, и обнять его на прощание, но милфа их остановила недвусмысленным жестом, направив в их сторону свою боевую ведьминскую трость.
А потом все долго усаживались в сигналящий автомобиль, больше похожий на броневик. И последним неуклюже забирался туда шаман, верный раб Пульхерии. Тёмной некромантки, несколько часов назад спасшей его самого от неминуемой смерти.
— Пора, - негромко произнесла Елизавета Александровна, и помахала девушкам, которые тоже ей махали ладошками и слали через окошки лимузина воздушные поцелуи.
— Пора-не-пора, я иду со двора... - в тоске прошептал, едва шевеля губами Павел, в последней, отчаянной надежде, что это заклинание сработает точно так же, как оно сработало тогда, в канун Вальпургиевой ночи. Но, увы, никакого чуда он на этот раз не почувствовал. А лишь в глухой тоске горькой завистью позавидовал дурачку шаману, на миг оглянувшемуся уже на высоком пороге громоздкой американской машины. Встретился с ним взглядом и со злостью подумал: ну почему он, а не я?!
Закрыл глаза и вырубился.
И зазвучала песня, давно забытая весёлая песенка Гарика Сукачёва «Знаю я есть края...» И вот что странно: пел её совсем не Гарик, а... Костя! Его друг Костя-Стремяга, с которым он сидел на малолетке, а потом провёл целый год в волшебном мире страшных и таких обаятельных ведьм, в которых он и его друзья так некстати и совсем неожиданно влюбились. И в этой песне как раз и прозвучали слова о «каком-то случайном такси»...
Знаю я, есть края — походи, поищи-ка, попробуй.
Там такая земля, там такая трава,
А лесов как в местах тех нигде, брат, в помине и нет.
Там в озёрах вода, будто божья роса,
Там искрятся алмазами звезды и падают в горы.
Я б уехал туда, только где мне достать бы билет?
А билету цена — медный грош да простая копейка,
Hо его не найти, но его не купить,
Билетершу в окошке об этом проси, не проси.
Мне один пассажир говорил, будто ехал туда,
Hо была кем-то сломана стрелка,
А другой рассказал о каком-то случайном такси...
Песня была прекрасна, и главное – как вовремя сейчас она зазвучала! И как это Костя сумел угадать с настроением, местом и временем! Молодец, старый друг! Москвич удивился и ещё одному странному обстоятельству. Машина, в которой они все вместе ехали, катила по болоту плавно и ровно, хотя он прекрасно помнил, как они ехали сюда год назад в воронке. Тогда казалось, что они путешествуют по стиральной доске, и поворотов он тогда насчитал не мене тридцати, пока не устал считать... Видать барышни путешествуют какими-то иными дорогами, нежели они, простые смертные.
А хрипато-приблатнённый голос Кости продолжал задорную песенку:
Я давно разузнал много малых и средних, и дальних маршрутов,
Только все не туда, хоть купе и СВ,
И всегда есть билеты на рейсы в различных портах.
Только в этих портах и на станциях тех
У меня никого почему-то,
Может быть потому, что все мои в тех прекрасных местах.
Муравейки