был вскормлен. После я также старательно обработал вторую грудь. Член у меня снова ожил и напрягся, это было приятно, но много внимания мы с мамой этому не уделяли, мы знали, что я должен копить силы на следующий красный день маминого календаря. Мама же одной рукой поддерживала мою голову, а вторую просунула себе между ног и не стесняясь мастурбировала. Кормление приносило ей особое удовольствие.
Наконец мамины груди были опустошены. Она переместилась в лежачее положение, повыше меня, и мы с ней прижались друг к другу. Я поцеловал её раскрасневшийся сосок и уткнулся в грудь лицом, она обвила меня ногами и прижалась мокрой промежностью к моему боку. Мой член прижался к её ноге. Так мы и уснули в ласковых объятиях друг друга, безмятежно радуясь своему счастью.
Эта странная жизнь