ли клубнику, то ли арбуз, но достаточно вкусный и я попросил еще открыв рот.
Папочка: – Еще?
С открытым ртом, я смог только кивнуть и произнести.
Я: – Ага!
Папочка: – Язык... А то капает.
Насколько возможно широко открыв рот, я вывалил язык, на который и легла следующая порция. Сока было много, он потёк по моим губам вниз по бороде, но не дойдя до подбородка, был слизан мужчиной. Это было неожиданно интригующе и возбуждающе одновременно. Как же я хотел сейчас, чтобы он совсем не убирал свое лицо от моего.
Папочка: – Вот, блин, соку много. Прожевала?
Фрукт еще не был проглочен, но меня больше заводил процесс, сама передача фрукта, заставляла тело трепетать от наслаждения. Надув щеки, я молча кивнул, пытаясь быстро проглотить съеденное ранее.
Папочка: – Снимай футболку, а то заляпаем.
Без колебаний футболка тут же улетела за спину обнажая мое тело и оставляя сидеть в юбке и бюстгальтере. В награду, ко мне в рот лег еще один фрукт, капнув несколько раз на мое тело в районе шеи. Сомнений не было, мужчина слижет ее, и, зная это, я поднял подбородок, подставляя шею.
«Были догадки, что это будет приятно, но чтобы настолько?»
Папочка подошел вплотную к столу, разводя мои ножки в сторону и отклонив меня немного назад. Все тело затрепетало в предвкушении еще до прикосновения, мои глаза закатились. А когда партнер впился губами в мою шею, у меня защекотало на макушке, только по моему внутри черепной коробки. Затылок потянуло вверх, а глаза, не закатившись полностью, заклинились где-то под веком.
Папочка: – Посмотрите на нее? Растеклась от удовольствия.
Секунд 10 я просто покачивался в какой-то дреме, а когда эффект начал сходить на нет, обнял мужчину ногами и стал увлекать к себе с требованием продолжить целовать мое тело.
Наверно он этого и ждал. Одна его рука закопалась в волосах, вторая гладила ногу под юбкой. Я чувствовал все, каждый пальчик на своем теле, каждый сантиметр прикосновения его тела к моему, и все это приносило невиданное ранее удовольствие.
Мои руки бездействуют, а мне хочется чувствовать мужчину максимальной площадью своего тела. Обнимая партнера ногами, пытаюсь гладить ими его ноги. Руки блуждают где-то на спине от шеи до ягодиц. Мне этого мало я хочу больше прикосновений. Опять его губы на моей шее и снова глаза начинают клинить.
Мужчина укладывает меня на спину и выпрямляется. Оценивающе смотрит сверху вниз.
«Почему его губы так далеко? Зачем он меня мучает?»
Начинается какой-то новый раунд: пальцами рук Папочка слегка прикасаясь, проводит по шее, спускается вниз, по животу и ещё ниже по ногам, тело реагирует, покрываясь мурашками. Он ставит мои стопы на стол и одной рукой продолжает поглаживать живот, грудь, шею, а вторую опускает на пах, в то самое место, где под трусиками томится мой членик.
«Столько неведомых ощущений, столько нежности, столько счастья!»
Папочка, освобождает мой орган и начинает поглаживать его, сначала полностью, потом одну уздечку.
«По моему я сейчас сойду с ума!»
В этот момент на мое тело, откуда-то сверху, легла еще одна пара рук.
«Четыре руки - это в два раза больше удовольствия!»
Оператор: – Без меня развлекаетесь? Ну-ка, дай мне флакончик.
Почему-то я думал, что оператор тоже хочет почувствовать прилив счастья, но он поднёс его к моему носу.
Оператор: – Давай, вдыхай, девочка.
Папочка: – Да, зря, она и так уже в кондиции.
Оператор: – Ну как говорится, много не мало!
Парни засмеялись, а их смех заразил и меня. Оператор копошился в волосах, гладил плечи, шею, мял грудь. Папочка же нежно наминал яички, все чаще спускаясь вниз и пальчиком цепляя дырочку.
Почему-то сейчас, самыми чувствительными на моем теле были
Деревенский жеребец