настоящих особняков. И остановилась лишь на окраине. Закатив машину на парковку ко одному из них, мы вышли.
Елена подождала меня пока я все вытяну свой багаж. Смотря на своей дом и не оборачиваясь ко мне, она сказала:
— Мне жаль, то, что случилось с твоими родителями ужасно. Не знаю каково тебе и не хочу вообще—то знать такое.
— Перед тем как мы войдем, знай: ты можешь жить здесь сколько захочешь, пока не будешь готов съехать, но соблюдая определённые правила, если нарушишь — дом зовет!
После некоторой паузы мы вошли в дом.
Дом был двухэтажный. Красный кирпич и покатая синеватая крыша, выполненные в американском стиле. Дом был почти новый, около 5 лет, все еще отдающий запахом ремонта. На участке имелось место под беседку, бассейн с джакузи.
На первом в основном нежилые помещения: гараж, кухня, столовая, гостиная.
На втором этаже располагались три спальни, одна из них пустая, которую и предстояло занять мне.
Был ещё небольшой подвал, где была одна комната, как оказалась фотостудия. Елена всю жизнь была фотографом и похоже не представляла себя без своего хобби.
Елена довела меня до моей новой комнаты, оставив на ночь.
Войдя, и ожидая чего угодно, скорее худшего, я был приятно удивлен, комната была полностью готова к заселению. Намного лучше моего бардака в прежней квартире.
На столике возле кровати лежал листок с правилами дома. Было видно, что начинал его писать Сергей, муж Елены, а она лишь достала пару строк.
ПРАВИЛА:
1) Подъем в 6.30, отбой в 22.00!
2) На приемы пищи не опаздывать!
3) Обращаться на ВЫ, ко всем членом дома!
4) Не покидать территорию дома без личного одобрения!
5) Не входить без разрешения в личные комнаты.
6) С 11 до 18.00 помогать по дому, работать во дворе! (приписка)
Домашняя армия, не иначе.
Ее муж, 63—летний Сергей был генералом чего—то там, и на момент моего вселения отсутствовал, будучи в командировке.
Помимо меня и крестной, в доме жила девушка по имени Милана, дочь Елены и Сергея, правда до следующих событий я никогда её не видел. Среди моих, покойных, родителей ходил слух, что из неё готовят будущего солдата. Я же никогда не верил в эти сплетни…
Милана была 18-ти летней девушкой, моей ровесницей. Однако несмотря на это, она была достаточно худощавой, не такая как её мать, маленькая грудь, наверное, первый размер, небольшая задница, но такие же длинные и темные волосы, как и у Елены.
Опишу следующие пару дней.
Я так и не смог перебороть себя и просыпаться до восхода солнца. Я активно, насколько это могло быть помогал в саду, там был разбит небольшой парк с беседкой, это помогало мне отвлечься от гибели родителей. Разговорил с Еленой только по делу на ВЫ, почти шёпотом.
Несколько раз пытался поговорить с Миланой, но она молчала, стараясь не смотреть на меня, предпочитая одиноко читать книги.
Понемногу Елена даже привыкла ко мне обращаясь сокр. Макс, а её просьбы что—то сделать стали не сиюминутными и более обширными. Она даже позволила мне выпить с ней бокал вина.
И вот, я как обычно работал в саду. Тут стоит описать сад: большая ухоженная зеленая лужайка вокруг дома, несколько яблонь, белая беседка в одном из углов, напротив бассейны 3х4 метра. Елена давала мне указания в основном заниматься стрижкой газона и перетаскиванием всяких горшков с места на место, посадкой цветов занималась она лично.
Я много раз смотрел не неё, видя, как её увлекают цветы и само занятие ими, она будто ограждалась в такие моменты от реальности.
Погода стояла солнечная, и в такое время Милана обычно выбиралась из дома, читая очередную книжку в беседке, мешая и мне и Елене.
Прогулка Мишель