Пятница. Долгожданная и пугающая. Вика стояла в центре комнаты, и комок нервов сжимал горло. Сегодня она снова увидит его. Не школьного учителя, не бывшего любовника, а Михаила своего Хозяина. Человека, которого как она поняла до сих пор любит, и эта мысль переплеталась с обидой жаждой доказать ему что она лучшая и отомстить за прошлое.
Сегодня она хотела очаровать его, как в былые дни, вернуть ту страсть, что когда-то сжигала их обоих и опять почувствовать крепкую руку хозяина которую она не нашла ни в ком с кем она встречалась. Но так же ей хотелось понять — что им движет сейчас. Страх перед разоблачением? Или в нём ещё тлеют те самые, настоящие чувства? Эта встреча была не просто свиданием, это была проверка для обоих.
Вика подошла к шкафу и достала простое, но элегантное черное платье. Погода была теплой, и этот наряд казался идеальным. Отложив его на кровать, она сняла халат и подошла к ящику откуда достала чёрное белье и одела его.
И вот, стоя перед зеркалом в кружевных трусиках и бюстгальтере, она увидела не свое отражение, а призрак из прошлого. Ее взгляд затуманился, и комната поплыла:
На этот раз память выхватила момент когда их игра в "покорную ученицу", где Миша был учителем и учил Вику быть покорной шлюхой зашла уже достаточно далеко. Он сидел на краю кровати, расслабленный, довольный. Она стояла на коленях между его ног, с его спермой на лице и в волосах, чувствуя себя одновременно униженной, любимой и удовлетворенной потому что он нежно гладил ее щеку и шептал: «Ты моя самая лучшая девочка. Я тебя никогда не брошу».
А потом он сказал это. Спокойно, как о чем-то само собой разумеющемся:
— Вика... Я хочу понаблюдать за тем, как тебя будут трахать.
Слова прозвучали как будто гром среди ясного неба. Она ахнула, не ожидая такое услышать она попыталась встать и возразить.
— Что? Нет! Миша, я не...
Пощечина была резкой и звонкой. Она не успела даже понять, откуда двинулась его рука. Голова отшатнулась, в ушах зазвенело.
— Не смей перечить! — его голос стал тихим и опасным. Он взял ее за подбородок, заставляя смотреть на себя. — Нам нужно выходить на новый уровень. И, мне кажется, это будет... интересный опыт.
После его слов в её голове будто что-то щёлкнуло. Сквозь шок и унижение пробилась извращенная мысль. Это был новый вызов. Новая ступенька в их отношениях. И ее тело, предательски, отозвалось на это волной возбуждения. Она сглотнула, чувствуя, как по ее щеке стекает капля его спермы.
— Ну... почему бы и нет... — ее голос был тихим. — Возможно, вы правы, Хозяин.
Она сказала без насмешки как раньше, а с полным принятием. Но затем в ее глазах вспыхнула искра ее собственной воли.
— Но с кем? — спросила она, и в голосе зазвучала сталь. — Я не хочу знакомых. Или твоих друзей. Никаких общих контактов.
Это было ее табу. Ее принцип, который она установила для себя с самого начала и держалась за него как за якорь. Друзья и знакомые могли догадываться об их играх, но она никогда, ни при каких обстоятельствах, не пересекала с ними эту грань. Это была единственная черта, которую она пока не позволяла ему переступить.
После моих слов он посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом и коротко бросил:
— Не беспокойся. Я это решу.
Затем он улыбнулся своей спокойной, вселяющей трепет улыбкой и разрешил мне подняться, чтобы принять душ.
Вернувшись из воспоминаний в реальность, Вика с отвращением посмотрела на свое отражение в белье. «Какая же я была дура,
Мои школьные приключения