Она сделала селфи. Не лицо. Только нижняя часть лица, ее пухлые, приоткрытые губы, и ее большая, обнаженная грудь, вываливающаяся из расстегнутой ночнушки. Свет падал так, что подчеркивал каждую округлость, каждый изгиб. Она отправила фото с подписью:
«Угадай, какой из них слаще?»
Ответ пришел мгновенно. Фото его руки, сжимающей его явно возбужденный член.
Денис (21:42): Мне нужен вкус. Обоих. Сейчас. Я не могу выбросить из головы картинку, как ты, вся такая кукольная и невинная, стоишь на коленях, а твой ротик... твой ротик занят совсем не чаем. Ты бы стала целовать его нежно, как принцесса? Или заглотила бы до самого горла, как самая настоящая... ну, ты знаешь.
«Шлюха», — мысленно закончила за него Яна. И это слово, грязное и постыдное, заставило ее сжать бедра от волны сладострастия.
Яна (21:45): Принцессы не делают таких вещей. А вот плохие девочки... они могут всему научиться. Если найдется хороший учитель.
Она писала это, а сама представляла его. Его запах. Его руки, держащие ее за талию. Его член, скользящий между ее грудей, заливая их смазкой, а потом входящий в ее влажный, подготовленный для него рот. Она сглотнула слюну, чувствуя, как горит все внутри.
Денис (21:47): Учитель уже готов к первому уроку. Торговый центр «Галерея». 16:00-17:00. Кафе на третьем этаже. Приходи. Без лифчика. Хочу видеть, как твои прелести шевелятся под платьем, когда ты будешь пить свой кофе. Хочу знать, что под тканью скрываются те самые персики, о которых я мечтаю.
Яна закрыла глаза. Это был уже не флирт. Это было приглашение в пропасть. Опасное, головокружительное. Она посмотрела в сторону спальни, где спал ее муж. Мир, стабильность, безопасность.
А потом ее пальцы напечатали ответ:
«Я буду.»
Она отключила телефон и прижала ладони к своим пылающим щекам. Шлюха внутри нее ликовала. Завтра начиналось нечто настоящее. И она, с ее кукольным лицом и телом порнозвезды, была готова к этому, как никогда. Читатель, затаив дыхание, будет ждать этой встречи, зная, что первый шаг к точке невозврата уже сделан.
Ссора с Олегом вспыхнула внезапно, как пожар в сухой траве. Он пришел уставшим, раздраженным каким-то срывом поставок. Яна, все еще горящая от переписки с Денисом, попыталась его обнять, но он отстранился.
«Яна, не сейчас, ради бога! У меня голова раскалывается. Не до нежностей».
Его слова прозвучали как пощечина. «Не до нежностей». Эта фраза пронзила ее насквозь. В ее ушах все еще звучал хриплый шепот Дениса, описывающий ее тело, а собственный муж не желал к ней даже прикоснуться.
«Мне тоже кое-что нужно, Олег! – выпалила она, и голос ее дрожал от обиды и гормонов. – Мне скучно! Я чувствую себя мебелью в этой квартире!»
Олег лишь раздраженно махнул рукой и ушел в душ. Яна осталась стоять посреди гостиной, сжав кулаки. Унижение и ярость кипели в ней. Она была слишком возбуждена, слишком взвинчена, чтобы просто лечь и уснуть.
Олег вышел из душа и, не сказав ни слова, рухнул на кровать. Через десять минут его дыхание стало ровным и тяжелым – он заснул. Яна лежала рядом, вглядываясь в потолок, чувствуя, как каждое ее нервное окончание кричит от неудовлетворенности.
Тогда она взяла телефон. В темноте экран осветил ее лицо зловещим синим светом. Она написала Денису:
Яна (23:47): Он спит. Рядом. А я... я вся горю. Он сказал, что ему «не до нежностей».
Ответ пришел почти мгновенно. Денис, похоже, ждал.
Денис (23:48): Он идиот. Его потеря – моя находка. Ты не заслуживаешь, чтобы тебя игнорировали. Ты заслуживаешь, чтобы тебя разбирали на части от наслаждения. Прямо сейчас.
Яна перевела дух. Она повернулась на бок, спиной к Олегу,
Пес выходного дня