Я очень рада твоему смуглому лицу, учитывая твои намерения.
Робан вздохнул, когда она сомкнула бедра, мешая новому манящему зрелищу, но Сурисса продолжала свешивать ноги через стену, и это смягчило его чувство потери.
— Я не упоминала об этом раньше, но должна сказать, что меня тоже легко отвлечь.
— Забавно играть в соблазнительницу перед твоим грубым поступком безмозглого грубияна, но это ни к чему не приведет, пока я не поговорю с Атеей, - сказала Сурисса и подражала вздоху Робана.
Робан поднял взгляд от ее ног и окинул взглядом её и себя.
— Очень хорошая мысль, и я восхищен тем, как ты изложила свою просьбу. Атея планирует устроить что-то вроде праздника сегодня вечером. Полагаю, она хочет восстановить союз нашей новой, расширенной семьи после того, как объявила войну отторгнутой части нашей семьи. Представление тебя этим вечером как раз вписывается в этот план... Я думаю.
Сурисса лучезарно улыбнулась ему в ответ.
— Единственный недостаток, который я вижу на данный момент, - это то, что тебе, вероятно, придется одеться по такому случаю. - Робан задумался и поспешил добавить:
— Но должен заметить, что на самом деле никакого дресс-кода нет, и твоего нынешнего вида вполне достаточно. На самом деле многие члены нашей семьи тоже предпочитают естественный стиль.
— Я знаю всех членов твоей семьи, как старых, так и новых, - прокомментировала Сурисса, все еще улыбаясь. - Увидимся вечером, - сказала она ему, после чего ухватилась за края башенки и оттолкнулась от стены.
Робан наблюдал за тем, как Сурисса, превратившись в большого вернийского горного льва, серого Патрана, ловко приземлилась на лапы.
Теперь ему оставалось только вернуться домой и рассказать младшей сестре о приглашенной им гостье. По дороге Робан пытался сосредоточиться на том, как лучше преподнести новость, но все время размышлял над тем, придет ли Сурисса на праздник одетой или обнаженной.
Про овец и волков
Солнце уже садилось, а они все пришли, все, кроме Суриссы. Надеясь, что сюрприз сработает в его пользу, Робан не сказал Атее о лишнем госте, которого он пригласил на семейное торжество. В лучшем случае это была слабая надежда. Он все еще предпочитал, чтобы знакомство Суриссы с его младшей сестрой было единым событием, а не разбивалось на предшествующее объявление и само появление Суриссы в их доме. Стратегия избегания, и, глядя на лица женщин, Робан начал сомневаться в ее успешности, но было уже слишком поздно что-то менять.
Вместо кухни Атея выбрала для вечерней трапезы шикарную большую столовую. Почти закончив трапезу, они ждали, что Атея затронет личные семейные проблемы, о которых она говорила ранее, и расскажет о своем плане их решения. Все они уже имели опыт общения с методами решения проблем Атеи, и напряжение в комнате было ощутимым. Трепет и неповиновение были главными эмоциями, а на очереди было любопытство. Большая Черная пантера запрыгнула в открытое окно и уселась на корточки. Глубокое мурлыканье кошки щекотало их чувства: она наблюдала за удивленными лицами женщин.
Сев рядом с ней, Робан наклонился, чтобы прошептать Атее на ухо. - Я забыл упомянуть, что пригласил Суриссу на наш семейный праздник.
— Нет, это не так, - ответила Атея, не глядя на него, а глядя на пантеру. Звук ее голоса напомнил ему шипение бекона на сковороде.
Хвост пантеры неторопливо покачивался за спиной, а кошка невозмутимо смотрела на Атею своими темно-фиолетовыми глазами.
— Кошку зовут Сурисса. Некоторые из вас уже встречались с ней в Фалкате, и я пригласил ее сегодня вечером присоединиться к нашему празднику, - объявил Робан, чтобы все слышали, пока продолжалась перепалка.
— Еще одна богиня присоединилась к празднику, чтобы поиграть с
Два рассказа: ?Семейный психотерапевт? + ?Отзомбировала?