книгу, но страницы мелькали перед глазами, не оставляя следа, а Артём смотрел в иллюминатор, его мысли блуждали где-то между воспоминаниями о прошлом и предвкушением будущего.
Психологически они были на пике: решение поехать укрепило их связь, сделав её ещё более интимной, но теперь, на пороге реальности, лёгкий трепет страха смешивался с возбуждением, как шампанское с адреналином.
Такси везло их по извилистой дороге вдоль моря — Средиземное искрилось под ноябрьским солнцем, которое здесь, на юге Франции, казалось вечным.
Лера прижалась к плечу Артёма, её пальцы переплелись с его, и она прошептала:
— Мы здесь. Снова.
Он кивнул, его губы коснулись её виска — лёгкий поцелуй, полный нежности, но с подтекстом желания.
В его голове вихрем кружились образы: Лера в новом белье, которое они купили в Москве, её тело, отдающееся чужим рукам, стоны, которые он слышал в той ночи.
Это не ревность — нет, после прошлой поездки ревность эволюционировала в нечто иное, в возбуждение от её удовольствия, в гордость от того, что она выбирает делить это с ним.
Их отношения стали как крепкое вино: выдержанное, с глубокими нотками доверия, где каждый шаг в неизвестное только укреплял фундамент.
Отель — тот самый бутик-отель, утопающий в зелени оливковых деревьев, — встретил их знакомым уютом.
Белые стены, терраса с видом на море, аромат лаванды в воздухе.
Портье улыбнулся, узнавая их:
— Мсье и мадам, добро пожаловать обратно.
Они зарегистрировались быстро, и Артём, беря ключ, почувствовал лёгкий озноб — как будто отель помнил их секреты, шептал о той ночи, когда они вернулись из клуба, покрытые потом и воспоминаниями.
В номере — просторном, с большой кроватью и балконом — Лера сразу распахнула окна, впуская бриз.
Она повернулась к Артёму, её глаза сияли:
— Это как дежавю, но... лучше. Потому что теперь мы знаем, что нас ждёт.
Артём подошёл, обнял её сзади, его руки скользнули по её талии, прижимая ближе.
Его дыхание коснулось её шеи:
— Да, Лер. И на этот раз... с масками. Интересно, что Софи и Жан приготовили.
Они не виделись с той ночи, но переписывались — короткие сообщения, полные намёков, которые разжигали фантазии.
Софи написала вчера: "Ждём вас в отеле. Выпьем, поговорим... и не только".
Это добавило перчинки: старые друзья, которые стали частью их интимного мира, — это было как мост между прошлым и будущим.
Не прошло и часа, как раздался стук в дверь.
Лера открыла — на пороге стояли Софи и Жан, с бутылкой шампанского и улыбками, которые скрывали лёгкое волнение.
Софи — в лёгком платье цвета морской волны, её короткие тёмные волосы слегка растрепаны ветром, глаза блестят теплом и озорством.
Жан — в casual рубашке, с лёгкой сединой на висках, его обаятельная улыбка не изменилась.
Они обнялись — тепло, как старые друзья, но с подтекстом: прикосновения задерживались на миг дольше, взгляды скользили по телам, вспоминая ту ночь.
— Лера! Артём! Как же мы рады! — воскликнула Софи, входя и ставя бутылку на стол.
Её голос был мягким, с той хрипотцой, которая напоминала Лере о шёпоте в клубе.
— Вы выглядите... отдохнувшими. А мы думали, Москва вас утомила.
Жан пожал руку Артёму, его хватка была крепкой, но дружеской:
— Да, старина. Два месяца — вечность. Расскажите, как вы? После той ночи... изменилось что-то?
Они расселись на террасе — шампанское в бокалах, море внизу шумит волнами, солнце клонится к закату, окрашивая небо в розовые тона.
Лера села рядом с Артёмом, её нога коснулась его — лёгкий контакт, который успокаивал.
Эмоции нахлынули: радость от встречи, лёгкий стыд от воспоминаний, возбуждение от предстоящего.
Психологически это было как терапия: говорить открыто с теми, кто разделил их тайну, помогало укрепить доверие в паре.
моя девочкв