смазке и я почувствовал, как вошел в горячее лоно влагалища.
Хайшет глухо застонала, видимо все-таки, я вошел слишком резко, но тут же сама подалась мне навстречу, надсаживаясь на мой член. Волнообразные движения заставили меня зарычать, от кайфа, но кончать так быстро не хотелось. Поэтому, я до боли сжал ее ягодицы, не давая двигаться. Хайшет дернулась, но промолчала. А я начал с размахом засаживать член все глубже, так что ее тело сотрясалось, а голова непроизвольно моталась, рассыпая черные волосы. Она уже легла на стол, не в силах держаться, под моим натиском.
Я чувствовал, как головка каждый раз упирается в по-девичьи плотное колечко шейки матки. А потом вдруг стало очень тесно и больно. Но лишь на секунду. Я почувствовал, как накатывает безумное чувство, и вошел глубоко, изливаясь в самое ее нутро.
Теперь, я услышал, что Хайшет тихо стонет и вздрагивает всем телом. Мне показалось, что девушка плачет, и я наклонился в ней, подавшись чуть-чуть вперед, еще не до конца обмякшим членом, но она выгнулась и завыла, обхватив мои бедра руками и вжимая в себя. Я в первый раз видел такой оргазм у женщины. Я отстранился, выходя из нее и увидел, что кончил ей в анус. Так вот откуда была та боль! Девушка пластом лежала на столе, вздрагивая и поскуливая. Глаза ее были закрыты. Платье было задрано высоко на спину и мне хорошо было видно темное, с розовато-коричневыми краями анальное отверстие, обрамленное черным пушком. Белесая струйка тягуче стекала на полированную поверхность стола.
Хайшет все еще лежала с закрытыми глазами, правда уже не издавая ни звука, и я перевернул ее на спину, размазывая попкой лужу спермы на столе. Платье совсем сползло с ее плеч, и теперь обе груди, гладкие и набухшие, были видны. Соски были неправдоподобно длинными, как маленькие усеченные пирамидки. А около сосковая окружность напоминала кожу «Шарпея», с повышенной морщинистостью, и казалась почти черной. Я сжал груди, пропустив соски между пальцами, но судя по всему таких ласк было недостаточно, чтобы привести девушку в чувство. Поэтому я не стал заниматься глупой тратой времени: «Все-таки могли прийти другие студенты, хотя время уже было не то».
Закинуть безвольные ноги себе на плечи оказалось нетрудно, хотя приходилось их удерживать. Короткие черные густые курчавые волосы лобка были аккуратно пострижены. Хотя Я больше люблю выбритые лобки, но стрижка была аккуратной и возбуждала ничуть не хуже розовой беззащитной щелки. Я снова вошел в нее.
Внутри влагалища было влажным и просторным, поэтому я никак не мог дойти до нового оргазма. Расслабленные мышцы совершенно не обхватывали член и я просто елозил в наших смешавшихся выделениях. Что-то задело мое ухо и щеку, оставив царапину. Это оказалась босоножка. Острая блестящая пряжка дергалась в такт нам прямо у моей скулы. Я со злостью скинул обе туфли с ее ног и ускорил движения.
Теперь головка снова утыкалась в шейку самой матки. И на Хайшет это судя, по всему произвело определенное впечатление. Она приоткрыла глаза и обвила мою шею лодыжками голых ног. На загорелом животе заблестели потные дорожки. Одна такая капелька скатилась в аккуратный пупок. Не знаю, уж почему, но мой член стал еще тверже, и хотя мне уже было больно, я продолжил втыкать его в сжавшееся влагалище Хайшет. По сокращениям стенок влагалища, я понял, что финал близок, и, оттолкнув ноги девушки, задвигался, как кролик в порно-мультике. И тут Хайшет изогнулась так, что мне показалось, что-либо у нее сломается позвоночник, либо она получит растяжение связок. Я не знал, что бедра можно раздвигать, до такой
Hilf mir sich zu besinnen или помоги мне опомниться