Я посмотрела на него, потом на Мишу и Серёжу, которые теперь выглядели абсолютно невинно. Сердце колотилось. Кажется, он ничего не заметил. Или всё-таки заметил? Я выдавила из себя улыбку. Мне казалось, что в воздухе витает густой запах пота и семени. Это был наш запах, запах наших безумных минут, такой откровенный, такой животный. Он висел в воздухе, словно туман, пропитывая всё вокруг.
Я напряглась, ожидая, что муж вдохнёт его, что его улыбка сползёт с лица, что он вдруг почувствует этот резкий, специфический аромат. Моё сердце колотилось, отдаваясь в ушах. Неужто Виталий ничего замечал?
Он сделал шаг вперёд, вдохнул полной грудью, и его улыбка ничуть не померкла. «Ах, как здесь пахнет цветами!» — воскликнул он, подходя ко мне. — «Вы тут, я вижу, уже в полной готовности!»
Я едва сдержала вздох облегчения, который тут же сменился какой-то странной, почти головокружительной растерянностью. Неужели он действительно не чувствует? Или он просто игнорирует? Или же аромат свежих цветов и его собственные эмоции оказались сильнее?
Я посмотрела на Мишу и Серёжу. Они выглядели абсолютно невозмутимо, словно ничего не произошло. Только едва заметный блеск в их глазах и лёгкая усмешка, которой они обменялись, выдавали их.
Эта тайна, этот запах, который, казалось, кричал о нашем грехе, и его неведение – всё это делало момент ещё более острым, ещё более безумным. Наша "новая" свадьба начиналась с такой невероятной, опасной тайны, которая останется только между мной и моими лучшими друзьями.
Виталий протянул мне руку, его глаза сияли от счастья. Я взяла её, чувствуя, как его тепло передаётся мне. В этот момент мне удалось собрать всю волю в кулак и улыбнуться ему в ответ, пытаясь выглядеть так же безмятежно и счастливо, как и он.
«Ну что, моя прекрасная жена, пора к алтарю!» — сказал он, и я почувствовала лёгкое покалывание в груди. "Жена". Да, жена.
Я встала с дивана, стараясь сделать это максимально естественно, чтобы не выдать ни малейшего признака того, что произошло несколько минут назад. Платье чувствовалось немного влажным и липким внизу, но снаружи, казалось, ничего не было видно. Я держалась прямо, гордо.
Мы вместе вышли из усадьбы, направившись к машине, которая ждала нас у входа. Виталий открыл мне дверь, и я села, чувствуя его заботливый взгляд. Он обошёл машину и сел за рядом.
В зеркало заднего вида я видела, как мои партнёры – Миша и Серёжа – сели во вторую машину. Они выглядели совершенно спокойно, как будто только что просто ждали нас. Их взгляды встретились с моим в зеркале, и я увидела в них тот же озорной огонёк, то же молчаливое понимание. Нас троих связывала теперь общая, невероятная тайна, которая делала эту "новую" свадьбу ещё более особенной.
Машины тронулись. Мы ехали к алтарю, к нашему новому обещанию, и я чувствовала себя одновременно самой счастливой и самой грешной женщиной на свете.
Мы стояли перед алтарем, залитые мягким светом. Церемония венчания была именно такой, как мы всегда мечтали: камерной, искренней, наполненной нежными словами и обещаниями. Священник говорил о любви, верности, о создании новой семьи, и его голос звучал торжественно и умиротворяюще. Виталий держал мою руку, его ладонь была тёплой и надёжной, и я чувствовала себя защищённой рядом с ним.
Я слушала слова клятв, но моё сознание, словно раздвоенное, улавливало и другие сигналы. Мои глаза невольно скользнули в сторону, туда, где сидели гости. И там, среди них, я поймала на себе взгляды партнёров по двойному проникновению – Миши и Серёжи. Их глаза горели, в них читалось нечто, что было понятно только
коллеги