Теперь у меня в войсках была известная репутация и тайная кличка «Чёрный генерал». Но зато уже совсем скоро три линии обороны готовы. А я подписал в инж-отделе приказ на строительство пяти. На прошлой неделе в степи здорово потрудился МК-4, отличный многоковшовый канавокопатель. Ну, это он на «гражданке» канавы копать будет, а пока что траншеи рыл, да так, что любо-дорого посмотреть. Полтора метра вглубь, и сразу же аккуратненький такой бруствер.
И быстро так! Наверное, сто метров в час. Зато теперь, когда мы приезжали в любую дивизию, казаки сразу тихо посмеивались, что мол при виде генерала наши бойцы быстрее нашего канавокопателя работают. Возможно. Главное, что оборона готовится!
Ладно, нужно и поспать хоть немного.
Этой ночью я спал на улице. Дело в том, что наш повар родом из республики немцев Поволжья. Он накормил всех отличным, очень вкусным, горячим, таким густым гороховым супом-пюре с копчеными свиными ребрышками. Вкусно, но что-то мне подсказывает, что ночевать сегодня лучше будет прямо в пулеметном гнезде, на свежем воздухе, а не в тесном кубаре на четверых.
Не зря гороховые суп и кашу у нас в моём училище всегда «музыкальными» называли... Налопается такого личный состав, а потом всю ночь в казарме — «фуги Баха» звучат. И, конечно, в воздухе соответственные «ароматы» плывут...
Зато оно все на вкус отличное, и порции крупными размерами своими нарушают все положения Женевской конвенции о гуманном отношении к пленным. И к нам тоже! Обе врачихи и Наташа спали со мной под бурками — и тепло и мягко. Заодно мы тихонько «злого духа» пускали на улицу. Я, кроме того, опасность всегда чётко и точно чувствовал своей пятой точкой, точно и сегодня почувствовал, поэтому и не зашёл в дом. Это нас и спасло! Интуиция на фронте - важнейшая вещь!
Ближе к утру пулемётные очереди по моему домику — немецкие диверсанты! Сейчас на всех фронтах проводилась абвером операция – “Удар по штабам”. Но только моих врачих напугали — взвод охраны штаба и ловкие казаки, чётко предупреждённые мной, всех перебили. Один диверсант только был в состоянии говорить — его мы конечно и допросили. Ксюша была в ужасе, как Степан охаживал его нагайкой, чтобы отлично воодушевить на ответы. А то переводит его вопли: «Идите в плен, там прибыла дивизия «Мертвая голова», у них гуманное отношение к пленным... У отмороженных эсэсовцев? Он похоже нас совсем за идиотов считает? Ещё нагайки!
Но потом “запел” он так, что сам Карузо заплакал бы от зависти. Да тут полное предательство! Навёл их на нас один мерзавец из штаба, заодно этими подлыми диверсантами были подготовлены схроны были в трёх местах. Все ништяки из схронов в мой домик! Разберёмся!
Но вот этого предателя казаки нагайкой отлупили ещё в штабе и он сразу выдал всю шпионскую сеть. Точно, как сказали казаки — отличный удар нагайкой стоит трёх часов допроса! Да ещё потом Стёпа держал Иванова — тот мог забить предателя насмерть, ведь тот помогал нападению именно на меня, так сказать, на его охраняемое лицо! Едва Андрея с пистолетом в руке от него оттащили. Но зато “пел” этот обосавшийся предатель... Стёпа пошутил – все птицы в саду застрелились от зависти! Особист только успевал записывать его признания!
Подошёл я к курилке, где мои охранники сидели и, показав им рукой, чтобы не вставали, хитренько спросил, мол курят ли они в саду. И рассказал им случай из моей молодости, когда мы квартировались в одной украинской деревне:
Украинское село, утро. Мать выходит на крыльцо – слышит что-то в кустах охает.
Любовь решает