Мама: - Не пойму, мандавошки у меня что ли. Юлька, не посмотришь?
Юля: - Фу, теть Тань, вы же лауреат премии "Учитель года", ведите себя прилично.
Мама: - А ты школу закончила с золотой медалью, но это не мешает тебе по мужикам прыгать.
Мама достала пузырек масла эвкалипта из ящичка всяких банных примочек и развалилась на лежаке.
Мама: - Ну, что, кто из вас меня разотрет?
Юля смотрела на меня, мне было не кайф. Стоять минут 15 над мамкой в мои планы не входило, и тогда мы обе взглянули на Шурика. Тот, понимая, чего от него хотят, начал крутить пальцем у виска.
Юля: - Шуша может. Она почти массажист.
Мама: - Да ты что? Мне повезло. Ну давай, Шуша, растирай.
Шурик готов был провалиться под землю, хоть мы и были подвыпившие, и не только, но наглаживать обнаженное тело моей мамы он не был готов.
Взяв бутылку вина и с горла сделав несколько глотков, он обмотав простынь вокруг талии подошел к маме. Слава богу, она лежала лицом вниз, но слегка раздвинутые ноги открывали взор на гениталии даже мне.
Прикольно было то, что со спины, в лифчике купальника и простыне на талии, в нем совершенно ничего не выдавало его гендер.
Плечики явно уже таза, даже талия есть, у многих девушек талия шире. Лифчик, конечно, великоват, все-таки у него не двойка, да и не единичка, скорее 0, но грудь явно не как у Арнольда.
«С другой стороны, далеко не у всех мужчин грудь как у Арнольда, я бы даже сказала, только у Арнольда, грудь как у Арнольда.»
Я мысленно представила Арнольда, который стягивает с себя штаны, а там штуковина сантиметров 25, и по моему телу пробежала дрожь.
«Офигеть, если он в меня войдет, почти до солнечного сплетения достанет, а если еще в рот такой же? Они там не столкнутся?»
Шурик стоял над мамой и не мог заставить себя прикоснуться к ее обнаженному телу. Видя, что пауза затянулась и это может привлечь внимание, ему на помощь пришла Юлька, подойдя сзади вплотную и придавив его руки к телу своими.
Такая картинка может взбудоражить даже самые холодные умы.
Голая мама лежит на гранитном лежаке, а ее растирает муж, переодетый в девушку, ведомый буквально прижавшейся к нему со спины лучшей подругой, тоже, кстати, полностью обнаженной.
Странно, но то, что творилось в голове у Шурика, мне почему-то было не интересно.
Мама начала переворачиваться и, зацепив простыню Шурика, потянула ее вниз, и она упала к его ногам. Они посмотрели сначала друг на друга, а потом оба уставились на пах моего мужа. Юля, стоящая сзади, переклонилась и тоже заглянула в пах.
Юля: — О, Шуша, а давно у тебя член?
Шурик, прикрывая пах руками, кинулся за дверь, нас с Юлькой скрутило судорогой от смеха. А мама схватила банный веник и начала хлестать нас им.
Мама: — Ах, вы бестолочи, думали я зятя в купальнике не узнаю.
Юля: — Так он накрашенный!!!
Мама: — Ах, он еще и накрашенный, совсем мозг прокурили?
Я: — Что значит прокурили?
Мама: — Дурочкой то не прикидывайся? Я что, запах травы не знаю!!!
Температура в бане после регулировки повысилась, так что удары веником были весьма ощутимы.
Долго бегать по кругу от мамы мы не могли, поэтому тоже, вслед за Шуриком, выскочили во двор.
Юля: — Фух, охренеть, а где Шура?
Я: — Ну, либо в туалете, либо уже за двором, где-нибудь на остановке.
В доме его не было, и я, накинув платье-халат, вышла за двор.
Варвар II