пришлось наклониться вперёд, упасть на локти и прижаться щекой к полу. Размеренные толчки дяди раскачивали меня взад-вперёд, уставшие коленки начали ныть, а раскрасневшаяся щека тёрлась о ковровую дорожку.
С каждой минутой моё прерывистое, свистящее дыхание учащалось. Глаза наполнились слезами, а пальцы беспорядочно царапали грубый ворс ковра.
Скованная ошейником, я не могла сделать достаточно глубокий вдох, чтобы облегчить своё положение, и какой-то затуманенной частью своего сознания подумала, что, возможно, ещё немного - и у меня может начаться гипервентиляция.
И в то же время я уже была близка к оргазму. Напряжение внутри меня стремительно нарастало, и кульминация должна была быть такой сильной, как никогда раньше. Мне лишь не хватало какой-то крохотной малости, чтобы взорваться и раствориться в пучине наслаждения.
Каждый энергичный толчок раздутого ствола дяди Митча посылал по моему дрожащему телу мини-оргазмы, каждый из которых обещал превратиться в тот самый, огромный и долгожданный взрыв - но каждый раз это обещание не сбывалось.
Через пару минут его непрекращающихся мощных ударов я уже находилась на самой грани. Сумев сделать глубокий вдох, я замерла в напряжённом, дрожащем предвкушении того последнего толчка, который отправит меня на небеса.
Я никогда не узнаю, намеренно он это сделал или нет, но вместо того, чтобы вновь с силой вогнать внутрь распирающий мою дырочку жёсткий поршень, дядя Митч вытащил его наружу, а моя вагина влажно чмокнула, неохотно выпуская его хуй на волю.
В тот же миг я почувствовала безумную, невыносимую опустошённость.
- Н..не..е-е-еет... - услышала я собственный жалобный шёпот, прошелестевший по ковру. Моя киска отчаянно подёргивалась, умоляя этот замечательный инструмент вернуться обратно, чтобы я, наконец-таки, могла кончить.
Мой неверящий мозг ждал, что вот сейчас он всё же передумает и его твёрдый фаллос ворвётся вновь и вознесёт меня на небеса... но дядя Митч уже поднимался мимо меня по ступенькам лестницы.
- Шевелись, - коротко приказал он, сильно дёрнув за поводок для пущей убедительности, и направился вперёд по коридору.
Я не могла в это поверить! Все мужчины одинаковы. Также, как и Билли, дяде Митчу было плевать, кончу я или нет. Мне пришлось подскочить, чтобы не задохнуться, и торопливо перебирая уставшими ногами, ползти вслед за ним, а это было довольно трудно из-за спущенных трусиков, болтающихся между коленок.
Дядя Митч отконвоировал меня по коридору в мою комнату и усадил рядом с кроватью.
- Хорошая девочка, - снова сказал он, наклоняясь, чтобы погладить меня по голове.
Удивительно, но я почувствовала, как краснею от его похвалы, хотя как это могло случиться сейчас, когда он так по-домашнему приласкал меня, а не тогда, когда моя голая киска сочилась прямо перед его лицом... я даже не знаю.
- Встань, - скомандовал он, потянув поводок вверх и похлопав свободной рукой по кровати.
Я не хотела снова получить от него оплеуху, а ещё более не желала, чтобы мама с папой увидели мой видео-дебют в качестве вафлёрши. Поэтому, как послушная собачка, я беспрекословно забралась на свою кровать.
К тому же, если я буду исполнять то, что мне велят, я, вероятно, получу в награду столь желаемое наслаждение. Например... может быть, дядя перестанет дразнить и всё же трахнет меня до самого конца, и тогда я взорвусь в долгожданном оргазме.
О Боже! Неужели я только что грезила об этом?
Дядя перевернул меня на спину, а затем размотал и отбросил свой конец поводка на кровать. Он не разрешал мне двигаться, и я, замерев, просто лежала, пока он стягивал с меня трусики.
Ему пришлось повозиться, чтобы протащить их через металлические пряжки на моих ботинках. Слава Богу... наверное... что трусики у меня такие эластичные.
Насильницы