вызвать у нее неловкость, но, казалось, от этого ощущения она обрела уверенность в себе и сексуальную силу.
Она представила, как смотрит в потрясающие изумрудные глаза Тони. Была бы она похожа на Сашу в первом видео? Она почувствовала пульсацию между ног, а на губах - его имя, и беззвучно произнесла его одними губами. О боже, она действительно собиралась это сделать?
Ее пальцы дрожали, когда она устанавливала телефон на штатив - подарок Джима в тот недолгий период увлечения фотографированием, через который, кажется, должна пройти каждая девушка. Она подошла к нему, чтобы проверить правильность кадрирования, нажала кнопку записи, затем отступила назад, чтобы все ее тело оказалось в кадре.
Блядь. Блядь. Она действительно это делала. Это реально происходило.
Она медленно опустилась на одно колено. Затем на другое. Так она стояла на коленях перед камерой, ее платье прикрывало бедра.
- Тони. Тони Аркари. Она старалась говорить как можно более страстным голосом, но даже для ее собственных ушей это прозвучало слабо. Как-то уязвимо.
Пальцы ее правой руки скользнули вниз по грудине, между грудей, играя с глубоким вырезом платья, которое так понравилось Тони.
- Это то, чего ты хотел, не так ли, Тони? Она не ожидала, что именно скажет. У нее не было никаких инструкций на этот счет, кроме его имени. Она импровизировала.
Она просунула два пальца под правый вырез и медленно потянула гладкую ткань наружу, обнажая нежную плоть одной груди. В комнате с кондиционером сосок затвердел, но лицо ее порозовело от стыда.
- Пожалуйста, Тони. Пожалуйста, - на последнем слове ее голос дрогнул.
Зеркальным движением она сдернула и другую сторону платья, обнажив обе груди.
- Пожалуйста, дай мне то, что мне нужно, - тихо прошептала она.
Смущение было слишком сильным, она крепко зажмурила глаза, не в силах смотреть в камеру, и оставалась в таком положении до двух секунд, которые, казалось, растянулись в бесконечность. Она чувствовала, как кровь приливает к щекам, но под платьем она чувствовала, что промокла как никогда.
Она вскочила на ноги и бросилась к камере, чтобы остановить видео. Дрожащими пальцами она нажала "отправить", не решаясь просмотреть его еще раз. Она увидела, как сообщение улетело в эфир.
Тогда...
Ничего.
Она просидела на кровати больше часа, ожидая ответа, который так и не пришел. Наконец, опустошенная, она сняла платье, яростно потерла свою киску и, расстроенная, отправилась спать.
***
На следующий день истинная реальность того, что она натворила, осенила ее, как появление монстра в фильме ужасов. Она отправила мужчине, который не был ее мужем, и которого ее муж терпеть не мог, видеозапись, на которой она была обнажена, и ее можно было легко опознать, и просила этого другого мужчину, умоляла его о том, что любой, кто посмотрел бы ролик, принял бы за просьбу о сексуальном удовлетворении.
Если бы Тони ненавидел Джима так же сильно, как и наоборот, все, что ему нужно было бы сделать, это поделиться этим видео, хотя бы с одним человеком, и Джим стал бы посмешищем. А она будет унижена, стала бы изгоем общества. Это положило бы конец ее браку, ее бизнесу, всей ее жизни.
Эми горько плакала из-за собственной наивности. Как она могла быть такой чертовски глупой? И все же в глубине души она все еще надеялась, что Тони ответит. Что он не такой ужасный парень, каким его рисовал Джим.
Она провела весь день в состоянии сильного возбуждения, ее нервная система была начеку, так как в любой момент она могла получить известие о том, что ее жизнь окончена, или, в качестве альтернативы, новое видео, которое изменило бы ее сексуальность. Каждый звук, каждое жужжание телефона заставляли ее выпрыгивать
как я стал мужчиной