он не остановился — трахал её раком, держа за бёдра, вбиваясь ритмично. Каждый толчок отзывался внутри, стенки влагалища пульсировали, клитор тёрся о воздух. Слёзы потекли по щекам Ани — от боли, стыда, но и от кайфа. «Ты такая тугая... шлюшка внутри», — бормотал он, ускоряясь. Аня стонала, толкалась назад против воли, кончила первой — оргазм был мощным, с судорогами, пизда сжалась вокруг члена, брызнув соком.
Сергей кончил внутрь — горячо, обильно, сперма заполнила её, вытекла по бёдрам. Он вышел, шлёпнул по попке: «Молодец. Теперь кадры будут живыми».
Аня свалилась на ковёр, рыдая: «Зачем... зачем вы это сделали? Я не хотела...» Пизда ныла, развороченная, опухшая от траха. Сергей оделся, сел рядом: «Успокойся. Это стандарт в индустрии. Все модели так снимаются — с реальным возбуждением. Иначе фото фальшивые. Завтра завершим сессию, иначе не заплачу. Сегодня твоя пизда вся разворочена, завтра будет лучше». Аня плакала громче: «Я не приду... Это изнасилование!» Он рассмеялся: «Нет, милая. Ты сама текла, сама кончила. Моделей всегда ебут — это часть работы. Иди домой, подумай».
Он перевёл ей пять тысяч аванса, вытолкал за дверь. Аня оделась дрожащими руками, спустилась в метро. По пути чувствовала, как сперма вытекает в трусики, пизда болит при каждом шаге. Дома она заперлась, села в ванну, мыла себя часами — тёрла губы, клитор, внутри, пытаясь смыть позор. Слёзы текли, но во время мытья пальцы скользнули по клитору — и она не смогла остановиться. Дрочила яростно, вспоминая толчки, боль, унижение. Кончила сильно, с криком, тело тряслось. Лежала в воде, плача: «Что со мной? Я же не такая...»
Часть 2: Вторая сессия. Точка невозврата
После первой съёмки Аня вернулась домой в полном смятении. Она сидела в метро, сжимая ноги, чувствуя, как сперма Сергея медленно вытекает в трусики и оставляет липкие следы на бёдрах. Каждый шаг отдавался ноющей болью в промежности — пизда была опухшей, развороченной, стенки влагалища пульсировали от грубого траха. Она плакала тихо, чтобы никто не заметил, пряча лицо в шарф. «Как я могла позволить? Это же изнасилование... Но я сама кончила... Я шлюха?» — крутилось в голове.
Дома она заперлась в ванной на два часа. Включила горячую воду, села в ванну и тёрла себя мочалкой до красноты — губы, клитор, внутри пальцами, пытаясь смыть его запах, его сперму, его прикосновения. Слёзы текли ручьём, смешиваясь с водой. Но когда пальцы случайно скользнули по набухшему клитору, тело отреагировало мгновенно — вспышка удовольствия. Аня замерла, потом не смогла остановиться. Дрочила медленно сначала, потом яростно, представляя, как Сергей входит сзади, держит за бёдра, называет шлюшкой. Кончила два раза подряд — сильно, с судорогами, брызнув в воду, и зарыдала ещё громче от стыда. «Что со мной не так?»
Ночью она не спала. Вспоминала каждую деталь: как он вытирал салфеткой, как прижался членом, как вошёл жёстко. Пизда ныла, но при воспоминаниях снова становилась мокрой. Утром Сергей написал: «Молодец вчера. Фото получились огонь. Завтра в 14:00 завершим сет — посмелее, с ню и лёгким фетишем. Гонорар 30 тысяч. Если не придёшь — аванс вернёшь, и ничего не получишь». Аня хотела написать «иди в жопу», но подумала про деньги. 30 тысяч — это два месяца её работы в кафе. И про то, как тело реагировало... Она ответила: «Хорошо».
Весь день она нервничала. Сделала депиляцию кремом — чтобы всё было гладко, как он любит. Накрасилась ярче: красная помада, smoky eyes. Надела под пальто чёрное бельё — ещё откровеннее, чем в прошлый раз: лифчик с четверть-чашками, трусики-танга, чулки с поясом. Без джинсов
Девчёнки пошалили...