карману, где лежал маленький, изящный флакончик с тёплым, золотистым маслом — часть всегда готового «арсенала» для таких моментов. Он выдавил немного на ладонь, согрел между пальцами.
— Видишь? — его голос был спокоен и уверен. — Всё должно быть подготовлено. Всё — с заботой. Я не хочу причинять тебе боль, хаятим (дорогая на тур.). Я хочу показать тебе наслаждение там.
Он нанёс масло на свой член, тщательно промаслив до самого основания, превратив в скользящий, блестящий инструмент. Затем, не торопясь вернулся к Лере.
— Дыши, — повторил Кемаль, и его палец, теперь легко, благодаря маслу, преодолел первое сопротивление. — Расслабься. Это не вторжение. Это… приглашение в новый мир. Мир анального секса. Мир экстаза.
Теперь обрезанный член Кемаля вошел в Леру без сучка и задоринки с черного хода. Она чувствовала боль и заполненность в попе. Когда ритм его движений стал увереннее, глубже почувствовала, как где-то в глубине, сквозь боль и странное распирание, начало проклёвываться совершенно иное ощущение. Оно было смутным, извращённым, рождённым не от нежности, а от самого акта подчинения. Её собственная рука, будто помимо воли, потянулась вниз, к промежности. Когда пальцы Леры коснулись клитора, она вздрогнула — чувствительность болезненная и невыносимо сладкая одновременно.
Явуз, наблюдавший за процессом анальной ебли Леры, почувствовал, как член еще больше затвердел. Ощутил сердцебиение, запредельное возбуждение. Зрелище полного подчинения Леры безумно понравилось. Явуз без церемоний вытащил свой член из растраханной киски Даши, заставив ахнуть от внезапной пустоты. Прежде чем она успела что-то понять или возмутиться, его рука схватилась за тёмные волосы Даши. Он повернул её голову с чётким, механическим движением, заставив смотреть снизу вверх.
— Открой, — властно сказал Явуз.
Даша попыталась отстраниться, инстинктивно сжала челюсти. Гордость вспыхнула в ней протестующим огнём. Но жесткая хватка Явуза не давала нормально сопротивляться. Она решила отступить, чтобы показать какие русские девушки страстные.
Дашины губы разомкнулись — не в покорной улыбке, а в молчаливом, злом оскале.
Явуз, не меняя выражения лица, ввёл ей в рот сразу несколько сантиметров своего члена, глубоко, миндалин. Даша подавилась. Её тело вздрогнуло, грудная клетка сжалась в безуспешной попытке вдохнуть. Слёзы мгновенно выступили на глазах. Закашлялась, пытаясь вытолкнуть член, но ничего не получилось.
— Глотай, — прорычал Явуз сверху, не двигаясь, позволяя ей бороться с рвотным рефлексом, ощущать каждый миллиметр инородной плоти в своём горле. — Глотай или задыхайся. Выбирай. Ты же сильная. Докажи.
И, сквозь панику и удушье, азарт, желание Даша начала глотать. Она сделал мучительный, судорожный глоток, напрягла горло, пытаясь обуздать рвотный рефлекс. Это сработало. Затем воздух рванул в лёгкие жгучей струёй.
Удовлетворённо хмыкнув, Явуз начал двигаться. Не для её удовольствия, а для своего. Короткие, резкие толчки, каждый из которых посылал его член глубже в её сжатое горло. Он не давал ей ритма, не позволял приспособиться. Он брал медленно, или резко ускорялся, как хотел. Её слюна, слёзы и чавкающие, давящиеся звуки были музыкой.
Тем временем Кемаль с низким, протяжным рыком вдавился в Леру в последний раз и начал изливаться — горячие, густые толчки спермы заполняли её прямую кишку, — Лера почувствовала, как внутри всё сжимается и пульсирует в ответ. Её собственный оргазм накрыл волной: тяжёлый, глубокий, будто выворачивающий наизнанку. Пальцы на клиторе двигались судорожно, тело выгнулось дугой, из горла вырвались стоны.
Кемаль медленно вышел, оставляя за собой липкую, тёплую дорожку, которая тут же потекла по внутренней стороне бедра Леры. Она осталась лежать на животе, тяжело дыша, попа всё ещё подрагивала, анус пульсировал, не сразу закрываясь после такого растяжения. Сперма Кемаля медленно вытекала, смешиваясь с маслом, и это ощущение — липкое,
СЮЖЕТ НЕНАПИСАННОЙ ПОВЕСТИ