медленно, синхронно с хриплой музыкой, встала. Затем, всё также медленно и тягуче она потянула завязки лифчика – сначала на шее, а потом и на спине и отбросила треугольные тряпочки в сторону Инессы. Потом – резкий поворот лицом к залу, с прикрытыми руками грудью, и, снова – глубоко – сначала вниз, потом вверх. Шаг в сторону креста – почти вплотную ко мне – и снова разворот, руки от груди убраны – я очень близко вижу окрепшие соски – обе руки синхронно двигаются вниз – вдоль бёдер, затем большие пальцы проскальзывают под пояс стрингов и резко их сдергивают... Ноги смыкаются, и ещё два треугольника падают вниз, в сторону высоких каблуков – теперь можно переступить, нагнуться и – трусики летят вслед за лифчиком – к Инессе.
Я не знаю, насколько происходящее зашло зрительницам, но кровь в моем организме несколько перераспределилась по направлению «ниже пояса» - проснувшемуся Антоше стало тесно в моем костюме...
А Кира сделала шаг в мою сторону, обхватила меня на уровне груди и, не отпуская рук, обвилась вокруг креста и оказалась за моей спиной, спрятавшись от зала – теперь зрителям видны были только руки девушки, прикрывающие мою грудь.
Кира начинает играть моими сосками – сначала насухо, потом проводит пальцами мне по губам и продолжает игру – от груди руки перемещаются вниз, в сторону пояса, встречаются на бугре стрингов и начинают его нежно поглаживать – в такт музыки, которую я почти уже не слышу.
А потом – пальцы под резинку, и я чувствую, как мои яйца и член извлекаются из заточения – но привязанные к кресту ноги не дают возможности снять стринги полностью...
Я чувствую, что Кира продолжая одной рукой поддерживать мои прелести, другую руку отводит в сторону Инессы, которая, сообразив, что от неё требуется, быстро, насколько это позволяют каблуки, спускается со сцены и, взяв с ближайшего столика нож для фруктов, передает его Кире, которая двумя резкими движениями разрезает пояс моих стрингов с двух сторон, сдергивает их с меня и бросив в сторону, убирает руки, как раз с последним аккордом музыкального сопровождения – теперь все могут видеть мой торчащий колом член.
На секунду устанавливается тишина – а потом – бабский визг вперемешку с аплодисментами.
— Ну что, девочки – по вашей реакции я понимаю, что белый танец понравился! Клеопатра, ну что ты прячешься – ведь эти аплодисменты тебе! Я предлагаю выпить за нашу красавицу! Спасибо! Но – мне почему-то кажется, что всем нам хочется увидеть небольшой мастер класс по использованию игрушек, которые лежат у вас на столах, правильно? Клео, ты же готова начать?
Кира, на которой по-прежнему ничего, кроме маски не было, вышла из тени и, спустившись со сцены, прошла вдоль столиков, чтобы отобрать то, что, по её мнению, нужно были показать в действии. Понятно, что моё мнение абсолютно никого не волновало...
Отобранное «что-то», кроме одного девайса, было передано верному оруженосцу – Инессе, после чего Кира встала перед крестом так, чтобы не загораживать меня от зрителей и показала всем, в том числе и мне, первую игрушку – что-то вроде мухобойки на длинной ручке.
И вот этим «чем-то» моя напарница стала проводить по мне – сверху вниз – по очереди по зафиксированным рукам, по груди, по животу, по слегка взгрустнувшему члену, потом ниже, ниже – и – когда я совсем этого не ожидал – резко, с оттягом шлепнула меня по яйкам! Бля, хотя удар был не сильным, но – видимо «удачно» направленный – как током – я аж взвыл, на что сучки за
Татьянин день