— Скажи: «Да, я хочу, чтобы меня трахали при тебе».
Она не сказала. Но кончила так сильно, что потом плакала у него на груди — тихо, без слов. Он гладил её по волосам и понимал: семя посеяно.
Следующие месяцы он действовал осторожно, как сапёр. Никакого давления. Только намёки.
Сначала — порно. Он создал отдельную папку «Для нас» и оставлял ноутбук открытым, когда шёл в душ. Первый раз Анна закрыла крышку дрожащими руками. Второй — посмотрела пять минут и выключила, красная как рак. Третий — досмотрела до конца и потом весь вечер была необыкновенно ласковой.
Затем — разговоры. После секса, когда она была расслаблена и доверчива.
— А если бы это были не просто фантазии? — спрашивал он, рисуя круги на её животе. — Если бы мы нашли кого-то... безопасного. Красивого. Чтобы ты почувствовала себя желанной так, как никогда.
— Я и так желанная, — шептала она, но уже без прежней уверенности.
— Ты — богиня. А я хочу, чтобы ты это знала не только от меня.
Он рассказывал ей истории — выдуманные, но подробные. Как он сидит в кресле, а она на кровати с другим. Как он видит каждый её стон, каждое движение. Как потом берёт её сам, ещё горячую от чужих рук. И каждый раз Анна слушала, затаив дыхание, и её тело отвечало раньше разума.
Однажды ночью, после особенно яркого рассказа, она сама спросила:
— А... каким бы он был? Тот... другой?
Сергей замер. Это был прорыв.
— Высокий, — ответил он хрипло. — Сильный. С тёмной кожей. Чтобы контраст... чтобы ты светилась на его фоне, как жемчуг.
Анна закрыла лицо руками. Но не сказала «нет».
Он знал: теперь осталось только подождать, когда любопытство победит страх.
В тот вечер, когда она впервые сама запустила видео из той папки (он нарочно оставил ноутбук на кровати), Сергей стоял в душе и улыбался. Вода стекала по лицу, смывая усталость дня. Он представлял, как она сейчас сидит, закусив губу, смотрит на экран, где белая женщина стонет под двумя чёрными мужчинами, и её рука невольно скользит между ног.
Он знал: точка невозврата пройдена.
Но до реальной встречи было ещё далеко. Анна всё ещё колебалась, всё ещё краснела, всё ещё говорила «я не уверена». И Сергей не торопил. Он наслаждался процессом — тем, как его нежная, правильная жена медленно, шаг за шагом, превращалась в женщину, которая скоро будет просить о том, о чём раньше боялась даже думать.
Субботнее утро началось с кофе и молчаливого переглядывания. Анна стояла у плиты в коротком шёлковом халате, который Сергей подарил ей на годовщину, и чувствовала на себе его взгляд — не просто любящий, а изучающий, как будто он пытается прочесть каждую новую мысль, появившуюся в её голове после вчерашнего вечера. Она знала: он ждёт. Не давит, но ждёт.
— Ань, — наконец сказал он, подходя сзади и обнимая её за талию, — поедем сегодня в город? Давно не гуляли просто так. Магазины, кино, ужин... Как в первые годы.
Она кивнула, чувствуя, как его ладони скользят по бёдрам — привычно и одновременно по-новому. Всё теперь казалось по-новому.
В торговом центре было людно. Анна выбрала платье на лето — лёгкое, с тонкими бретелями и разрезом до середины бедра, цвета слоновой кости. В примерочной она крутилась перед зеркалом и вдруг представила, как это же платье будут снимать с неё чужие руки. Тёмные. Большие. Мысль ударила током между ног, и она прикусила губу так сильно, что почувствовала вкус крови.
Сергей зашёл без стука — они давно позволяли себе такое —
Как Робинзон