в кассе airBaltic** заказанный Юрисом для дочки обратный билет, потом по пути, на въезде в Юрмалу затоваримся продуктами в гипермаркете Rimi*** и устроим семейный ужин в необычном составе.
Последний раз падчерицу сестры Елена видела летом 2010-го. Тогда Милда закончила выпускной класс гимназии и собиралась для продолжения учебы в Лондонской Central School of Art and Design.
Девушка хорошо рисовала и мечтала заниматься графическим дизайном, а финансовые возможности папы позволяли оплатить обучение. Елена Викторовна мысленно прокалькулировала временные отрезки, минувшие после предыдущей встречи. Получилось, что в следующем месяце Милде исполниться 22 года - прекрасный возраст девичьего расцвета. Легкостью поджарого тела девушка напоминала культовый секс-символа 60-х годов прошлого века - французскую киноактрису Brigitte Bardot: растущие из тонкой талии длинные ноги, узкие плечи, падающие на них вьющиеся темно-русые волосы, мягкие черты лица с выразительными глазами и по-детски припухшими губами. На русском Милда говорила с акцентом, но довольно свободно и с хорошим словарным запасом, видимо сказывалось, что обе матери - родная и приемная были русскоязычными.
Старомодный круглый стол гостиной под цветастым матерчатым колпаком абажура лампы накаливания, создавали интерьер старомодного уюта. Видимо присутствие среди редко видевшихся сестер по возрастной шкале годящейся в дочери третьей собеседнице спровоцировали давние воспоминания.
- «Недавно из полудремы всплыл спонтанный флэшбэк. Не забыла случай с разбитой китайской фарфоровой вазой? Ваза была подарком тогда уже умершего папы и мать особенно любила ставить туда цветы, наверное, ассоциируя их с букетом папы. Ты кинула вверх теннисный мячик и как кегль сбила стоявшую на серванте вазу. Когда мама вернулась с работы и увидела на полу комнаты валявшиеся осколки, охватившее ее бешенство трудно передать словами. Она минут пять гипнотизирующе смотрела на осколки, будто пытаясь их заново склеить взглядом, потом повернувшись к тебе сказала: «Заруби на носу, нельзя брать чужие вещи пока не разрешат, а для лучшего усвоения, снимай платье, заголяй попку и поворачивайся».
- Еще как помню. Мама тогда отхлестала меня так, что потом два оставшихся до воскресенья дня школьных дня, нормально сидеть не могла, чувствовала боль. Обычно, сама знаешь, она порола нас на кресле, но тогда я так и осталась стоять среди осколков посередине комнаты в одной короткой маечке с вытянутыми вперед руками, судорожно сжимая ягодицы, а ремень жгуче бил и по попе, и по ладоням.
- Да, ты громко визжала и плакала. После окончания порки мама абсолютно спокойным голосом спросила: «Ну как, урок усвоила?». Ты посмотрела на нее красными от слез глазами, но уже не плача, тихо ответила: «Да, мамочка, прости, больше я так делать не буду».
- «Ого, воспитательный процесс в вашей семье строился по канонам «Домостроя», это многое объясняет в твоем марьяжном поведении», - удивленно отреагировала девушка на сестринские ностальгические воспоминания, по-видимому, будучи осведомленной об отцовских дисциплинарных выволочках мачехи.
- «Ранняя смерть папы, вынудила мать совмещать процесс нашего воспитания с ненормированным рабочим графиком. Материальную лямку содержания дочерей пришлось тянуть в одиночку, и строгость компенсировала недостаток времени семейного общения. Мы были послушными девочками, но яркие витрины и темные подворотни огромного города скрывали тлетворные соблазны, а из кассет появившихся видеомагнитофонов вылетели завлекательные «ночные бабочки». Если бы мама не привлекла внештатным наставником офицерский ремень отца, могли случиться вещи, которые делать нельзя», - кратко пояснила Марина падчерице причину неоднозначного педагогического метода.
Углублять тему далее сестрам не хотелось. Перед Милдой стыдно было признаться, что с подростковых времен порка воспринималась ими «параллельной реальностью» с ярко выраженным сексуальным аспектом.
- «Слушайте, шикарная фабула для эротического перфоманса, навивает завязку викторианского романа: фатализм, наследственная чувственность, параноидальный интерес к темным сторонам человеческого естества. Знакомый
би опыт