кожа под солнцем выглядела потрясно. Виктор то приближался, то отходил, и в какой-то момент положил руку ей на плечо, будто поправляя положение.
— Браво, Витька… — прошептал Геннадий, чувствуя, как внизу живота пробежал горячий импульс.
На улице фотографирует, кончали ей на грудь… Пора бы и мне быка за рога брать… А то так руку ей до мозолей сотру и в лохах останусь...
С этими мыслями он медленно отошёл от забора, но перед тем как уйти, не удержавшись, ещё раз бросил взгляд в щель между досками.
*****
Трава под Дианой была очень мягкой. Где Виктор умудрялся закупать такой идеальный газон? Она сидела, скрестив ноги, перебирая травинки пальцами, когда над ней наклонился фотограф.
— Ну что, передохнула? Продолжим? — Его голос звучал непринуждённо и даже ласково.
Он протянул руку, помогая ей подняться. Диана встала, отряхнула одежду, а Виктор тут же повёл её к крыльцу.
— За мной, вот здесь, возле стены.
Она послушно подошла к месту, где они уже делали снимки.
— Руки обе на стену, — скомандовал он. — И немного спусти штаны. Так, чтобы резинка поддерживала твою попу. Поняла, как?
Диана кивнула, слегка нервничая. Грудь — ладно, но её ягодицы до этого ещё не были главным объектом съёмки. Ощущая, как штаны слегка сползли вниз, обнажая мягкие округлости, она прижала ладони к холодной стене.
— Да, да, молодец, замри! — Виктор отступил на шаг, щурясь в видоискатель. — Ох, красота… Классная же у тебя задница, в зале качала?
— Н-нет, — смутилась Диана, чувствуя, как жар разливается по щекам. — От природы… Ничего не качала.
— Да ну, не может быть… — Он сделал ещё несколько кадров, затем обошёл её, выбирая новый ракурс. — Спусти-ка чуть ниже. Сейчас зайду с другого угла… Есть! Отлично…
Щелчок затвора. Ещё один.
— В принципе, всё. Пойдём в дом.
Он пролистал снимки, щёлкая переключателем. Диана потянулась к сумке, собираясь переодеться, но Виктор внезапно окликнул её из глубины дома:
— Дина! Не успела ещё переодеться? Иди сюда!
Она обернулась, не сразу поняв, куда он зовёт. Комната, из которой раздался его голос, оказалась маленькой и тесной — что-то вроде кладовки. В углу валялись вёдра, метёлки, тряпки, пахло сыростью.
— Слушай, давай-ка здесь ещё пару фото сделаем… Встань на колени.
Диана непонимающе оглянулась.
— Почему здесь?
— Тут у пола нет покрытия. Будет похоже на студийный фон. Саму студию открывать ради пары кадров мне не хотелось бы…
Она поколебалась, но медленно опустилась на колени. Серый бетон уколол кожу мелким песком.
— Ну хорошо… — Она уставилась в объектив. — Что делать?
— Ничего пока. Просто смотри в камеру…
Щелк-щелк.
— Есть, отлично. Сейчас будет сложнее. Смотри в камеру так же и максимально открой рот. Прям насколько можешь.
Диана приоткрыла губы.
— Да, молодец, замри!
Щелчок. Ещё один.
— Очень хорошо, не закрывай… Держи пока…
Щелк!
— Есть, умничка. Сегодня хорошо поработала.
Он сделал шаг вперёд, положил руку ей на голову, потрепал по волосам, будто хвалил ребёнка.
— Молодец, на сегодня свободна.
Диана встала, поправляя одежду, но её взгляд был полон вопросов.
— А в чём фишка этих фото? Ну вот этих… «открой рот»… Они зачем?
Виктор хитро усмехнулся, убирая фотоаппарат в чехол.
— Ааа, да не заморачивайся. Подольше поработаешь моделью — поймёшь.
Он махнул рукой, словно отмахиваясь от какой-то ерунды.
— Давай, иди домой, отдыхай. Сегодня отлично поработала!
Диана ещё раз мельком взглянула на кладовку, на эти вёдра и тряпки, и непонимающе пожала плечами.
Что это было?
*****
Дина стояла перед зеркалом, суша волосы феном, когда в дверь постучали.
— Можно? — раздался голос Геннадия.
— Входи, — откликнулась она.
Дверь приоткрылась, и в проёме возникла фигура дяди Гены. Он выглядел озабоченным и… каким-то странным.
Мой учитель физики