– Как видишь, у меня... выразительные губы, – её голос был тихим, бархатным, донельзя интимным. – Мне это нравится. Бывает... приятно их помять, почувствовать их наполненность.
Она чувствовала каждый мой вздох, каждое движение, и её собственное наслаждение от этого контроля, от моего напряжения, было очевидным.
– Я обещала тебе зрелище, – продолжила она, не убирая рук. – И я держу слово.
Медленно, с томной грацией, она подняла ноги, согнутые в коленях, сначала подтянув их к груди, а затем, так же неспеша, развела в стороны. Разведённые бедра обнажили натянутые, как тетивы, сухожилия на их внутренней поверхности. Эта поза, одновременно уязвимая и властная, выставила её промежность ещё ближе, ещё откровеннее. Её рука, по-прежнему прикрывавшая самое сокровенное, казалась теперь не преградой, а частью ритуала – последней завесой перед главным откровением. Всё её тело было напряжено, как лук, а её взгляд, горячий и глубокий.
Я невольно подаюсь всем корпусом вперед, сокращая и без того крохотную дистанцию между нами. В ушах звенит её низкий, влажный смех, полный торжества и тайного знания.
– Да... смотри внимательнее, – её правая рука наконец расслабляется. Пальцы, скользкие от её же соков, начинают движение. Не спеша, с чувственным нажимом, она описывает широкие круги по всей поверхности больших половых губ, перекатывая их между подушечками, лаская разбухшую, сочную плоть. От возбуждения её кожа и пальцы начинают влажно блестеть, и этот блеск, откровенный и животный, приковывает мой взгляд.
– Кто ещё осмелится показать тебе свою возбуждённую киску так... близко? – её голос звучит как вызов. – Смотри. Смотри на самое сокровенное, что есть у женщины.
И она разводит пальцами большие губы в стороны, одновременно чуть подтягивая их вверх. Моему взору, затуманенному желанием, открывается интимнейшая картина: нежное розовое колечко входа во влагалище, чуть более сантиметра в диаметре, обрамлённое тончайшими, как лепестки, малыми половыми губами. Всё это сияет влажным глянцем, а в воздух ударяет резкий, пряный, невероятно возбуждающий запах её тела - чистый, концентрированный аромат желания.
– Ты видишь вход? –- её вопрос звучит томно, будто сквозь лёгкий сон.
Я могу только хрипло выдохнуть: – Да.
– А вот... мой маленький друг. – Не убирая правой руки, она подносит указательный палец левой к самому верху, к своду малых губ. Ловким движением она оттягивает нежный капюшончик кожи - и мне является небольшой, уже набухший и твёрдый бугорок клитора, похожий на спелую ягоду.
– Сейчас... – её голос теряет всякую игривость, в нём звучит лишь концентрация и нарастающая потребность. – Сейчас я покажу тебе, как кончает женщина.
И она начинает. Сначала медленно, с методичной точностью, подушечкой пальца она водит по клитору, описывая крохотные, точные круги. Её дыхание тут же меняется - становится глубже, громче, каждый вдох отдаётся в тишине комнаты. Она не отводит от меня глаз, и в её взгляде - вызов, наслаждение и полное отсутствие стыда. Я прикован к этому зрелищу, к каждой детали.
Под её пристальными пальцами нежный бугорок становится ещё твёрже, ярче. А внизу, в самом входе, начинают происходить едва уловимые движения. Розовое колечко влагалища начинает ритмично, почти незаметно, пульсировать и сокращаться. С каждым новым кругом, который описывает её палец, из глубины выступают и медленно стекают вниз густые, тягучие капли прозрачно-белой жидкости, смачивая и без того сияющую кожу. Это зрелище одновременно откровенное и гипнотическое - чистая, ничем не прикрытая физиология наслаждения, разворачивающаяся в сантиметрах от моего лица.
– Тебе... нравится... то, что ты видишь? – её голос обрывается на полуслове, переходя в прерывистый, хриплый стон. Грудь, тяжёлая и влажная, колышется в такт учащённому, сбивчивому дыханию. Её пальцы на
Переломный уикэнд. Часть 3