Всё происходившее я имел удовольствие наблюдать сбоку, если можно так сказать «из левой кулисы», и, когда погас свет, Кира поспешила именно в мою сторону:
— Антоша, я такая пьяная... В том бокале грамм сто пятьдесят было, а может и больше... Я же с утра не евши... Бля... Сейчас упаду, держи меня... Как хорошо, что ты тут... Бля, а что ты голый... Ах да, я же сама тебя раздела... Как же ты теперь без трусиков... Пиписка же замерзнет, и скукожится... А этого нельзя допустить... Можно, я её погрею, нас же всё равно не видно... А что там дальше по программе? Когда мы, наконец то освободимся? Или ты думаешь, что никогда... Да, да, я – тихо... Мы же на сцене... Или сейчас антракт? Зрители ушли в буфет? Как, кстати, мой номер? Тебе понравился? Конечно, настоящий член лучше страпона... Но – у настоящего цвет не такой, а меня черный цвет завел... Давай тебя под негритенка загримируем? Ну – можно не всего, а только твоего дружка... У тебя тогда отбоя от девок не будет... Или будет... Не знаю...
Всё это Кира высказала мне полушепотом, на ухо, одной рукой держась за моё плечо, а другой шаря у меня ниже пояса.
— Живой то получше того, искусственного... Такой тёпленький, упругий... Вау, а яйки-то у тебя какие приятные... И не пустые... Не всё из тебя выжали, оказывается... А давай, когда всё это закончится, ты меня трахнешь – от всей души... А какая тебе поза больше всего нравится? Мы же с тобой это ещё не обсуждали...
Я понял, что Кира конкретно поплыла – «огненная вода» сделала своё дело...
И тут зал, видимо пресытившись хлебом, потребовал зрелищ – за одним из столиком кто-то стал аплодировать – видимо желая вызвать артистов не совсем ещё погорелого театра «на бис». Желание поразвлекаться дальше подхватил ещё кто-то, потом ещё – и в конце концов аплодисменты переросли в бурные и продолжительные овации.
Вероника сориентировалась и включила на сцене полный свет – осветив и нас с Кирой, и Инессу, стоявшую с другой стороны сцены и, самый главный атрибут предстоящего действа – стенку для удовлетворения любопытства почтенной публики.
Быстрее всех сориентировалась Инесса – у неё в руках, словно по волшебству, оказался ошейник с шипами, который без малейшего промедления и сомнения был застегнут на шее у Клеопатры, а поводок вложен мне в руку.
Сориентировавшись на «состояние нестояние» партнерши я потянул поводок вниз, давая понять, что для неё лучшая поза для продолжения действа будет «коленно-локтевая». И моё предложение было принято – девушка опустилась на четвереньки и послушно замерла, ожидая дальнейших указаний.
И тут опять подсуетилась Инесса – извлекла из закромов и подала мне что-то длинное и пушистое – одну из игрушек – анальную пробку с хвостом.
Я взял гаджет в свободную руку и, чуть присев, продемонстрировал его Кире, подтянув её за поводок поближе, дав понять, что пробку следует облизать, и моё предложения было принято, чего я не особо ожидал, но, похоже выпитый алкоголь подействовал весьма раскрепощающе – девушка потянулась к металлической части хвоста губами и стала играть с ней, как недавно играла со страпоном – сначала облизала, а потом, посасывая, полностью взяла в рот – и всё это на публику...
Ну а на меня вдруг накатило то, чего я никогда не испытывал раньше – желание властвовать над этой пьяненькой сучкой, отыграться за те унижения, которые я от неё терпел раньше, и моё желание подтвердил жёсткий стояк и «бабочки в животе». ..
Потянув за поводок, я дал понять Клеопатре, что ей
ПРАВДИВАЯ ИСТОРИЯ.!!