лично. Катерина нехотя теребила его мужское либидо. Хотелось её поставить на место, показать что она, пусть и решает судьбы людей, но не всем в жизни управляет.
Для этого он нашел идеальный момент. Катя, симулируя уверенность, делала селфи всем напоказ, нагнувшись у зеркала.
Её поведение должно было показывать что с начальницей всё нормально и, если она не решает рабочие вопросы, значит так и надо. Гордей подошел сзади и, когда никто не смотрел, но при этом при всех, смачно шлепнул Катерину по заднице! Когда она, шокировано, резко разогнулась, он властно схватил её волосы, как хозяин рабу, и прошептал блондинке на ухо:
— Хватит ходить в джинсах. Придёте завтра в платье, Екатерина Сергеевна.
«Екатерина Сергеевна» уже стала альтер-эгом Кати. Синонимом слова «раба». Гордей словно произнес секретный код, словесный суггестивный прием гипнотизера, погружающий человека в иное состояние. До того как Катя успела что либо ответить, он уже отпустил её волосы и быстро ушел на свой пост. Великая начальница осталась со стыдным «ожогом» на месте шлепка, пораженная, возмущенная, безмолвная. Она такого никак не ожидала и поверить не могла, что охранник решился на столь наглую выходку. Подойти, шлепнуть её, взять за волосы, отдать приказ и уйти?! Где такое вообще видано?!
Катерина быстро пошла на пост к старику.
— Гордей Игоревич, что это было?! – воскликнула она так, что несколько людей повернулись в их сторону. Катя нервно поправила прическу. – Что смотрите, идите работайте!
Охранник усмехнулся.
— Мне нечего сказать, Екатерина Владимировна.
— Да? А только что Вам было что сказать!!!
— И я уже всё сказал.
— Вы... Вы невыносимы! Опуститесь с небес на землю! Что бы не происходило у нас в прошлом, я запрещаю Вам так себя вести!!! Вы, видимо, слишком много значения придали некоторым... случайностям. Помните кто здесь начальница, а кто подчиненный!
Гордей пожал плечами.
— Я уже всё сказал, - повторил он.
— И я! Надеюсь что была понята, для Вас же лучше чтобы это было так!!!
Лихо развернувшись Катя, с фирменным вилянием бедер, ушла в офис.
Дома она старалась не думать о выходке охранника. Просто запретила себе.
«Тоже мне, буду я еще переживать из-за выходки какого-то тупого, наглого старика!»
Но этот волевой запрет рождал глухую, глубинную тоску. К ночи Катя уже меланхолично думала:
«До чего невыносимо стало жить среди людей и вещей этого мира... Кругом горы шелухи, а отыщешь что-нибудь, похожее на орех, - береги зубы, это несъедобный камень!»
В тайне Катерина восхищалась силой характера Гордея. И бесилась от того, что не может его «разгрызть как орех». Старик не поддавался. Поддайся он – и красавица о нем бы забыла, а так – не могла.
Легла спать она в тревожном состоянии. А проснулась уже утром, когда Святослав был в душе. Проснулась с горящей вагиной. Не думая ни о чем, Катя принялась её тушить. Пальчиками коснулась клитора.
— Ах! – издала она невольный стон и начала себя массировать.
Странно, но в это время Катерина меньше всего хотела бы, чтобы зашел муж и помог ей. Нужно было именно так, без него, потушить пожар.
«Что я делаю, стыд какой, надо детям завтрак сделать!» - думала великая женщина, занимаясь мастурбацией. Она не знала, что происходило с её телом во сне, но оно точно было готово к оргазму. Катя сорвала с себя топики, стала ласкать твердые соски. Не прошло и двух минут, как Катерина, прикусив палец, утробно застонала, опрокинулась на живот и стала вздрагивать всем телом. Надо же было такому случиться, что именно в это время Святослав вышел из душа и зашел в спальню. Ему открылся вид на взъерошенную, подрагивающую от страсти
Марина. Первое задание.