путешествие за пределы Кубы, а не на мою роль в революции. Я откинулся в кресле и просто наблюдал, как две женщины разговаривают.
Когда стюардесса вернулась к своим обязанностям, Фелисита прильнула к окну. Мы пересекли залив и уже приближались к побережью Техаса. Я заметил, что она смотрит на проплывающий внизу пейзаж с тем же завороженным вниманием, с каким я когда-то смотрел на Гавану во время своего первого полета туда.
Мы приземлились в середине дня и, забрав багаж с ленты, взяли такси до моей квартиры. Фелисита видела квартиры в Гаване, но не была готова к относительной роскоши моего дома. Для меня это был просто дом. Для нее – новый мир. Она ходила из комнаты в комнату, просто разглядывая все вокруг. Даже посудомоечная машина привлекла ее внимание. Я уловил легкий запах затхлости. Она же увидела дворец. Пока она исследовала квартиру, я пересматривал вещи, решая, что отправить в Гавану, а от чего избавиться. Мне нужно было заняться этим на этой неделе. Я позвонил в агентство по аренде жилья и объяснил, что меня переводят, сказав, что съеду до конца месяца. Тем временем Фелисита обнаружила телевизор и восхищалась всеми каналами.
В тот вечер я взял Фелиситу с собой и показал ей Хьюстон. Мы поужинали – она настояла на еще одной пицце – и пошли танцевать. На нее было приятно смотреть. Я заметил, что она привлекает много внимания, и не удивился. Я знал, что моя невеста очень красивая. Она когда-то привлекла мое внимание, а теперь привлекала взгляды многих других мужчин. Видя ее в красивом новом платье, с наслаждением танцующей в ночном клубе, было почти смешно вспоминать, как она ездила на желтом скутере в футболке «Havana Club». Как изменились наши жизни!
Мы не задержались допоздна. День выдался долгим, поэтому решили лечь спать пораньше. Фелисита действительно хорошо проводила время, но я видел, что она устала. Мы вернулись в мою квартиру, и я ожидал, что сразу же рухну в постель, но у нее были другие планы.
— Это мой первый шанс заняться любовью в Америке, Кристофер, — сказала она томным голосом.
Это была долгая ночь.
Хотя на Кубе она обычно раздевала меня почти ритуально, теперь она вела себя как настоящая американка. Я сел на край кровати, а она стояла передо мной и танцевала, медленно снимая с себя одежду. Я включил радио на стереосистеме, и она начала двигаться в такт музыке, пока вещи одна за другой падали на пол. Вскоре моя обнаженная красавица кружилась передо мной. Я встал, а она обвила руками мою шею и притянула к себе, чтобы я танцевал вместе с ней. Мы целовались и двигались в ритме, пока она снимала с меня одежду. Не прошло и нескольких песен, как мой член коснулся ее лобковых волос.
Из динамиков стереосистемы звучала радиостанция с хитами восьмидесятых. Когда очередная песня закончилась, заиграла «Tonight, I Celebrate My Love». Мы танцевали под эту медленную мелодию – наши тела терлись друг о друга в неспешной, чувственной версии кубинской сальсы. К тому моменту, когда песня подошла к концу, я был уже на грани. Фелисита опустилась на колени и сделала свой первый минет на американской земле.
Когда я кончил, мои колени дрожали. Она поднялась, осторожно оттолкнула меня на кровать, забралась сверху и поцеловала глубоко, долго. Я никогда не думал, что она окажется в моей постели, но вот мы здесь – в изменившемся мире.
Я перевернул нас и положил руку между ее ног, продолжая сосать сосок. Она играла с другим соском, закрыв глаза в экстазе. Несмотря на сильную
Улов