матери. Говорит, что даже видеть не хочет, ждет, пока она соберется и свалит, куда хочет. Дал ей неделю на сборы. Она плачет, объясняет что-то... Мне. А мне-то чего объяснять? Я тут на стороне Игоря.
Саша кивнул, не зная, что сказать. Он никогда особо не любил Лену, она казалась ему слишком шумной, слишком яркой, взбалмошной. Игорь был проще, спокойнее. Нужный слегка, но терпимо.
— Ты бы что сделал? - спросила Вика вдруг.
— В смысле?
— Ну если бы я... - Она запнулась, посмотрела на него. - Если бы изменила. Ты бы простил?
Саша отложил вилку. Вопрос был странным, неожиданным. Он посмотрел на нее, на ее лицо, на глаза, в которых читалось любопытство и ничего больше.
— Не знаю, - сказал он честно. - Честно, не знаю... Наверное... нет, но... Слушай, я об этом никогда не думал, просто это... ну как-то далеко от нас с тобой. У нас ведь все хорошо с этим?
Она пожала плечами, кивнула, отвернулась. Встала, начала убирать посуду. Саша стал ей помогать и вместе они быстро помыли тарелки, вытерли стол. Разговор про Лену и Игоря закончился, но что-то осталось висеть в воздухе - вопрос, который Вика задала. А что, если бы изменил он - как бы реагировала Вика?
Позже они сидели на диване, Вика листала что-то в планшете, Саша смотрел в телефон. Она вдруг подняла голову.
— Кстати, про отпуск. Ты как, думал?
— Думал. Италия, может? Или Греция.
— Италия дорого сейчас. Греция - в ноябре там уже холодно. - Вика покусала губу. - Давай после моего приезда обсудим нормально. Я посмотрю цены, варианты.
— Ладно.
Она снова уткнулась в планшет. Саша смотрел на ее профиль - тонкий нос, острый подбородок, ямочка на щеке, когда она улыбалась. Ему нравилось смотреть на нее. Всегда нравилось.
— Пойдем спать, - сказала Вика через полчаса, зевая.
Они разделись, легли. Вика сразу повернулась на бок, он обнял ее сзади, уткнулся носом ей в затылок. Она положила свою ладонь поверх его руки на животе, переплела пальцы.
— Спокойной ночи, - прошептала она.
— Спокойной.
Саша закрыл глаза. Ему было хорошо - тепло, спокойно. Вика дышала ровно, уже почти засыпая. Он подумал о том, что у них действительно все хорошо. Работа, семья, планы. Дочь выросла, уехала учиться, но скоро вернется домой на каникулы. У них все правильно. Все хорошо.
“Не все”. Он знал, что не все.
Он уснул, так и не отпустив ее руку.
2
Утро выдалось нервным. Вика метались по квартире с чемоданом, проверяя документы, телефон, запасное нижнее белье, косметику. Саша сидел на кухне, прихлебывая кофе и наблюдал, как она в третий раз пересчитывает содержимое косметички.
— Ну? Все взяла? - спросил он.
— Вроде да. Блин, где блокнот, там все заметки... - Она нырнула в сумку, выудила потрепанный ежедневник. - Оппа. Все, кажись на этот раз - действительно все.
Саша встал, подошел, обнял ее за плечи. Вика прижалась к нему на секунду, выдохнула.
— Позвонишь, когда долетишь?
— Конечно. - Она повернулась, поцеловала его в губы. - Четыре дня - и я дома. Сильно не скучай.
— Ладно, буду скучать несильно, - усмехнулся он.
Такси приехало через десять минут. Саша помог ей донести чемодан до подъезда, открыл дверь машины. Вика села, помахала ему рукой. Он стоял, пока машина не скрылась за поворотом, потом вернулся в квартиру.
Тишина.. Пустые комнаты, его собственные шаги по паркету, гудение холодильника на кухне. Саша прошелся по гостиной, посмотрел в окно. Серое небо, голые деревья, редкие прохожие. Сраный ноябрь.
Он налил себе еще кофе, выпил, стоя у окна. Потом поставил чашку в раковину и пошел на балкон.
Сказка о четырёх путниках (из ненапечатанного в 1001 ночи). Рассказ падишаха