Сучки конечно были такие себе, но прямо в этом моменте для меня это было не столь важно, ведь они на меня смотрели, хотели и восхищались.
Дрочить даже на эти похотливые, лоснящиеся салом моськи, для меня было волнительно и до дрожи приятно, а в их жадных глазах, не хватало всего одного компонента - страха.
По рассказам моих товарищей извращенцев, именно он и был самым главным, решающим, тем, от чего у нашего брата сносит напрочь крышу.
Но я пока что этого ещё не знал, да и напугать этих прожжённых бабищ хуем, было навряд ли возможно.
Томно постанывая в предвкушении подходящей разрядки, щёлкнув каждой по высунутому языку пунцовой головкой, я ускорился. Накатившее следом, весьма щедрое извержение и на самом деле, вышло обалденным. Спермы было так много, что хватило на все три их широкие морды.
Больше остальных прилетело Надежде на очки, громогласной Марине я нарисовал под носом смачные белёсые усы и бороду, а самое сладкое слил прямо в глотку наиболее из них симпатичной, раскосой Айлин.
Давясь, кашляя и возмущённо мыча, она колотила по моей груди ладонью, отчаянно пытаясь «ЭТО» не глотать и вытащить уже второй рукой мой член из своей глотки. На безымянном пальце у луноликой членососки, красовалось обручальное кольцо.
— Вот же блядь, видел бы это мой Абай, … убил бы обоих на месте. – кое как отдышавшись Айлин, утираясь, первая подняла свою задницу с лавки. – Запомни, замужние не глотают, … не делай так больше никогда.
— Спускал бы мне, я в разводе! – Наденька, с блядской улыбочкой, облизывала свои очки. – А вкусненький то какой.
И только здоровенная Марина, уже взволнованно гремела ключами, хватая меня за руку.
— Пойдём ка со мной в купе, щекастенький, я там тебе «барбарисок» насыплю.
— Ээ нет, дамы, мне всё понравилось, но больше от Вас ничего не требуется! – одёрнув свою руку, я завязал плащ и был таков.
***
Мы, эксбиционисты, в принципе народ не особенно то и дружный, ведь каждый художник желает творить по-своему и учитывая то, что я сразу понял как именно меня использовали, последующие свои площадки, равно как и новых зрительниц, с тех пор, я всегда выбирал сам.
Любимая сестрица вскоре вышла замуж и больше не могла мне помогать, а я успешно сдал ЕГЭ и уже два года учился на программиста, проектировщика сетей.
В силу моего увлечения публичной мастурбацией, у меня в мои девятнадцать, ещё ни разу, по-настоящему, не было с девушкой. Обеспокоенная этим мама, ни раз пыталась отвести сына к психологу, но я отказывался на отрез, ведь я совсем не тяготился моей девиацией.
Для меня было шоком, что мама всё это время знала, за что я отдавал сестре все свои карманные деньги и когда Жанна съехала к мужу, мамуля сказала, что теперь сама согласна смотреть на всё, что я захочу ей показать, совершенно бесплатно.
Я было обрадовался, но в первый же наш раз, уставшая от одиночества, пьяная Яна, просто усадила меня себе на живот, обняла сыновий член своими большими сиськами и не обращая внимания на мой скулёж, насильно, мне отсосала.
Это было страстно, жадно и в целом наверное не плохо, но представьте себе мой шок.
В общем, я не стал дожидаться когда маменька захочет мой член внутри и на следующий же день, собрал шмотки и съехал из дома в общагу.
К тому времени я уже участвовал в паре проектов, да и с отъездом Жанны, у меня наконец начали водиться деньги.
Первыми моими покупками стали удобный, короткий плащ, хорошие беговые кроссовки и устрашающая, чёрная балаклава.
Обнажённая в чулках на цирковом барабане. Часть 2