шкафу и вытащила короткое чёрное платье-футляр из тончайшего трикотажа.
— На, примерь. Оно эластичное. Должно сесть.
Платье действительно село. Оно обтянуло её, как вторая кожа, подчеркнув каждую выпуклость, каждую впадинку. Вырез был достаточно глубоким, чтобы демонстрировать ложбинку между грудями. Юля смотрела в зеркало. Девушка в отражении была готова. Страшная, чужая и невероятно желанная.
— Ну всё, — Катя свистнула. — Теперь ты официально опасна. Только смотри... — её голос стал серьёзным. — Там, куда ты идёшь, одной внешности мало. Нужна ещё и голова. И умение говорить «нет» даже с такими сиськами. Поняла?
Юля кивнула, не отрывая глаз от зеркала. Она поняла. Она смотрела на Алису, а та смотрела на неё с вызовом. Завтра была её первая битва. И оружие, откровенное и постыдное, уже было готово. Оно лежало у неё в телефоне — фото её же обнажённой груди, как талисман, как напоминание о цене, которую она сама себе назначила. Цене, которая начинала казаться ей всё более справедливой.
Звонок