разносил один Павел. Его друзей до самого отбоя так никто нигде и не видел.
А во время ужина случилось нечто. На десерт подавали свежую черешню – спелую, мягкую, и неестественно крупную, размером с грецкий орех. Стеша, сидевшая весь ужин мрачнее тучи и ни с кем не разговаривавшая, съела несколько ягод, собирая в кулак косточки. А когда единственный официант Павел стал разносить зелёный чай, она демонстративно сложила пальцы «козой» - знаком Отрицания Беды и мощным щелчком запустила в сторону стола, за которым сидели Элла, Святоша и Пульхерия сразу пару косточек. Все увидели как косточки, приобретя в полёте силу и скорость пули, устроили на столе тёмных небольшой разгром, разбив пару стаканов и выплеснув на чистенькие блузки молоденьких ведьмочек горячий, свежесваренный чай.
Элла и Святоша непроизвольно взвизгнули, и лишь Пульхерия, отстранившись от стола, но сохраняя самообладание, громко спросила на весь зал:
— Ты не охуела ли, Светлая?
Стеша не удостоила её никаким ответом. Вместо этого она вложила ещё одну косточку между пальцев и прицелилась «козой» аккурат в переносицу Эллы.
— Кто из вас обидел моего кролика, порвав его платье? – спросила она, и Элла поспешно сложила перед собой ладони буквой Л, прикрывая ими лицо.
— Ну, я, - спокойно проговорила Пульхерия презрительно прищурившись, словно представляя себе Стешу, лежащую в гробу.
— Придётся ответить, - сказала Стеша и запустила косточку в потолок с таким расчётом, чтобы она срикошетила снова по столу тёмных.
— Без проблем, - холодно произнесла Львова. – После отбоя, за вахтой, без свидетелей.
Дуэль без свидетелей была вопиющим нарушением Ведьминского Кодекса Чести, и Стешины подруги тут же указали на это зарвавшейся тёмной, но сама Стеша охладила их пыл, безоговорочно приняв все условия Пульхерии. Дуэль была назначена на половину двенадцатого ночи, сразу за вахтой, у поваленного столетнего кедра. По условиям дуэли заочные секундантки должны были забрать своих дуэлянток ровно в полночь. Победительницей признавалась ведьма, сумевшая остаться на ногах после схватки. Никаких запрещённых приёмов и схватка в полной темноте – на этом настояла Стеша. Смертельный исход исключён – это было условием Пульхерии.
На том и порешили.
Что там произошло на самом деле, так и осталось для всех тайной. Когда секундантки, как и было оговорено, сразу после полуночи явились на место дуэли, они увидели Пульхерию, сидевшую на поваленном кедровом стволе, обхватив свою голову руками, и практически лишившуюся чувств. Стеша лежала у её ног, и в её раскрытых глазах отражалась восходящая Луна.
После долгих схоластических споров между светлыми и тёмными секундантками было решено, что формально победила Пульхерия Львова, и Стеша признала её победу, посчитав себя удовлетворённой результатами дуэли.
...- И что это было? – спросил на следующее утро Стремяга, когда они сидели как всегда на кухне, после завтрака, прижавшись спинами к задней стенке большой кухонной печи. – Стеша из-за тебя вчера дралась на дуэли?
Кроха лишь молча пожимал плечами и потирал виски, будто стараясь прогнать головную боль.
— Ты же понимаешь, Мишель, что теперь не только ты её раб до конца жизни, но и все твои потомки будут у неё в рабстве до седьмого колена! – издевался над ним Костя.
— Пацаны! – блаженно покачивал головой Славик. – А я вчера провалился в такой кайфовый сон, вы не представляете! Будто бы я попал в какую-то женскую зону для малолеток, и всю ночь бегал там от них и шкерился по всяким кладовкам, а они меня всё время находили и такое со мной вытворяли!..
— Да ты каждый день в женской зоне для малолеток, Слава! – радостно похлопал друга по плечу Стремяга. – И
Клуб "У фламинго"