И Москвич не мог его убедить, что думает совсем не об этом.
— Но ведь все будут жульничать, - так же тихо, как говорил и до этого, сказал Кроха. – Это же будет турнир четырёх волшебниц, - он грустно усмехнулся невольному каламбуру. – Я думаю, мы там все ноги себе переломаем – с их помощью!
— Угу, - мрачно подтвердил Славик. – Игра в Кальмара в заснеженных болотах Маркистана.
— Я знаю, что делать, так что не парьтесь, пацаны! – как будто на что-то решившись, сказал Стремяга, поднимаясь и отряхивая налипший снег со своей лопаты. – Гонку вытяну я и проиграю на последнем метре, когда уже никакая ведьма не успеет ничего поделать. А вы постарайтесь быть вторыми, чтобы стать потом первыми. И главное – подберите себе получше наездницу – вашу будущую госпожу. Вам предстоит катать её на себе весь последующий год! У тебя, Кроха, походу вариантов не много – Акулина глаз давно на тебя положила, а сегодня положит и всё остальное... Мне тебя будет не хватать! - Стремяга весело подмигнул товарищу по несчастью.
Зря он так, подумал Москвич, тоже поднимаясь и разминая затёкшие от долгого сидения колени. План хороший, но теперь он вряд ли будет выполнен. И он не может даже намекнуть лучшему другу, как тот неправ...
Оставшуюся работу доделывали молча. И еле успели к праздничному новогоднему ужину.
На котором их ждало ещё одно громоподобное известие. Оказывается, с этого вечера им вменяется очередная обязанность – теперь они назначены официантками в столовой. И в новом году будут разносить кушанья по всем столам и подавать остальным воспитанницам всё, что те пожелают. Соответственно уносить использованную посуду, подавать салфетки и вообще прислуживать за столом по полной программе.
Пипец, хором подумали пацаны. А у входа в столовую их встретила режимница Дарвулия.
— Это что за мокрые курицы? – гневно поинтересовалась она, брезгливо обнюхивая с расстояния трех метров поспешно рухнувших на колени парней, вспотевших на снежной разминке. – Марш в душ и переодеваться в чистенькие платьица! Сегодня праздник! Этот Новый год вы запомните на всю вашу долгую и счастливую жизнь! Уж это я вам обещаю! – закончила она, улыбаясь самой обворожительной из всех имевшихся у неё в запасе обворожительных улыбок.
Платьица, которые им велено было надеть в качестве наряда официанток, ввергли пацанов в ещё большее уныние. Это были белые огромные халаты с капюшонами, полностью закрывающие и голову, и лицо. Каждому предстояло надеть на себя, фактически, самую настоящую паранджу. Только вместо волосяной сетки, как это принято на Ближнем Востоке, лицо в предложенных парням нарядах закрывала темная густая вуаль.
— Открой личико, Гюльчатай, - грустно съязвил Москвич, примеривая на себя обновку.
— Смысл? – коротко поинтересовался Славик.
— Это чтобы мы все были как бы одинаковы, и коняшку себе каждая наездница выбирала не по знакомству. Типа уровнять шансы, - прикинул Стремяга.
Разумно, подумал Москвич, ничего даже не пытаясь сказать на этот счет. – Но увы. Всё гораздо сложнее, и, одновременно проще.
Но сколько ни тяни время, а пришлось идти в зал торжественных мероприятий. Встречать новый, две тысячи двадцать третий год.
Помимо роскошной ёлки вчерашнюю столовую теперь украшали ещё и разноцветные гирлянды, свисавшие с потолка и обрамлявшие фрамуги окон, искрящиеся разноцветные зеркальные шары, разбрызгивающие во все стороны тысячи мелких лучиков света, вазы и корзины с диковинными волшебными цветами, которые то вспыхивали, будто подсвеченные изнутри мягким, приглушённым сиянием, то сами собой распускались и переплетались в тихом, таинственном танце в такт еле слышимой Музыке Сфер...
Всё это великолепие Москвич едва замечал сквозь густую
Знакомство с соседями (Первое знакомство)