и блины стали непроизвольно проталкиваться к выходу обратно. Стеша ведь не только проговорила всё это, она ещё и послала ему в мозг соответствующие картинки. Так сказать, иллюстрации!
— Готов? – спросила она спокойным, и даже каким-то скучным голосом. Словно интересовалась у него, готов ли он выпить ещё чашечку чая, с лимончиком...
— Я знаю, на что ты рассчитываешь. Ты думаешь, что Она тебя отмажет.
Павел молча кивнул.
— Может и так, - спокойно продолжила Стеша. – А может, и нет. Может, Она вообще о тебе уже забыла. Два года ведь прошло, а женское сердце ветрено... - Она говорила, что подвергнет меня самым суровым испытаниям... - глухо отозвался Москвич. – Возможно, это они и есть. И я ей верю.
— Прыжок веры?
— Он самый.
— В прошлый раз ты посоветовал Крохе такой прыжок веры в Бездонный колодец. И не ошибся. Надеюсь, что ты не ошибаешься и в этот раз. Что ж...
Стеша допила свой чай и поднялась из-за стола. Тут же вскочил и Кроха.
— Можно последний вопрос? – робко сказал Москвич.
— Можно, - грустно улыбнулась светлая ведьма. – Но не нужно. Я и так тебе отвечу: я помогаю тебе потому, что так надо.
— Кому надо? – спросил он тихим-тихим шёпотом, почти что одними губами. – Вашему начальству?
Она посмотрела ему в глаза долгим, спокойным, ничего не выражавшим взглядом. Словно задумчиво глядела куда-то вдаль.
— Понял, - кивнул он. – Там опять затевается какая-то заваруха? Как в прошлый раз? Может появиться демон?
И снова этот невыразительный, равнодушный, сонный взгляд.
— Хуже... - тихо выдохнула она.
— Что может быть хуже демона? – в ужасе спросил Павел.
Снегурочка. Вся в снегу.