сих пор реагировал на изменения, — это парни в школе. Но, как говорит Кейти, такое внимание — обычное дело для старшеклассниц.
Я встала, подтянула джинсы, которые немного сползли, пока я сидела. В пятый раз проверила столик рядом: стяжки и ручка — всё на месте, как и четыре раза до этого. Уже после уроков, но мистер Бейтс разрешил нам воспользоваться его кабинетом для «позднего повторения». Он был очень доволен моими внезапными успехами по английскому.
Дверь открылась. Вошёл Грейсон с бумажным пакетом из магазина. Улыбнулся мне — я невольно вздрогнула.
— Это просто безумие какое-то! — воскликнул он, бросая пакет на пол.
— Да? Нравится? — спросил я.
— Чёрт возьми, ещё как!
Он шагнул ко мне, потянулся обнять — но остановился. Я инстинктивно отступила.
— А, точно, — хмыкнул он. — Это было бы неловко.
— Ты даже не представляешь насколько.
— Ну что, готова?
— Абсолютно.
Грейсон снова улыбнулся, сел на стул напротив стола. Достал из внутреннего кармана пиджака Книгу и небрежно бросил её на стол. Подмигнул мне.
Я взяла стяжки.
Обмотала его запястья и лодыжки — по шесть штук на каждую руку и ногу.
— В школу нормально прошёл? — спросил я, пока работал.
— Без проблем. Охрана подумала, что это я, пропустили сразу.
— Отлично. Поэтому у нас и есть уникальные кодовые фразы. Книгу нашёл без труда?
— Ага. По номеру вызова, вошёл, взял на два дня и сразу сюда примчался.
— Прекрасно, — сказал я, затягивая последнюю стяжку. — Должно хватить. Готов к самой интересной части?
— Ещё бы!
Грейсон длинно моргнул. В этот же миг я почувствовал лёгкий поток воздуха за спиной. Когда он открыл глаза — на лице было недоумение. А потом ярость, как только он увидел меня.
— Ах ты сука! — прошипел он, дёргаясь в путах.
Путы держали крепко.
— Ну-ну, — раздался голос Кейти у меня за спиной, — так некрасиво выражаться.
Она подошла ближе, обняла меня за талию и быстро чмокнула в щёку.
— И тебе тоже пошёл нахер, — огрызнулся Грейсон. — Думаете, вы такие умные? Я вас обоих прикончу.
— Не думаю, Грейсон, — спокойно ответил я. — Ты уже натворил достаточно. Пора сделать тебя чуть менее опасным.
Я развернулся, взял Книгу и ручку, снова повернулся к нему.
Глаза Грейсона расширились от ужаса, на лбу выступил пот.
— Даже не смей! — прорычал он.
Я фыркнул и открыл Книгу. Страницы были плотно заполнены длинным списком характеристик и черт — фирменный мелкий шрифт Книг. Я начал писать. Кейти заглядывала через плечо.
— Прямо к сути? — спросила она.
— Всегда.
Я захлопнул Книгу. Грейсон согнулся пополам — его явно накрыла сильная тошнота. Изменения начались мгновенно: волосы удлинились, жёсткие черты лица смягчились, мышцы сдулись. Он буквально усыхал в кресле.
Конечно, не все части уменьшились одинаково. Грудь начала выпирать вперёд, бёдра и ноги остались широкими. Теперь он выглядел как подросток-девушка, которая надела одежду отца. Стяжки стали болтаться вокруг тонких запястий и лодыжек.
Она высвободила руки, встала. Брюки упали к ногам вместе со стяжками. Она была чуть ниже меня, на лице смесь ужаса и растерянности. Ощупала себя, осмотрела изменения. Закончила тем, что сжала свою новую грудь — и в ужасе посмотрела на меня.
Я уже писал дальше.
— Что ты наделал, сука?! — взвизгнула она и бросилась на меня.
Кейти шагнула вперёд и легко удержала её — теперь та была заметно меньше и слабее.
Я дописал, захлопнул Книгу. Она покачнулась, моргнула.
— Готово? — спросила Кейти.
— Ментальные изменения — штука тонкая, но теперь она должна быть довольно податливой. Назвал её Сара.
Особенности национального собачьего секса в зимний период