на отжиме шум и подклинивание. Ничего критичного, но если загрузить бельё — вполне может заглохнуть.
Я написал ему:
— Стиралка. Когда придёт скажу что сломалось. Адрес сейчас скину.
— Отлично. Приеду в форме мастера, куртка с логотипом, сумка инструментов, всё как надо. Никаких подколов в лицо. Ты просто будь дома. И не вздумай предупреждать или прятать мамку. Договорились?
— Да. Только без пиздеца. Если она заподозрит — всё.
— Расслабься. Я не дебил. Симпатичный парень 25–27, вежливый, руки из плеч и знаю толк в дамах постарше. Сделаю вид, что шарю в стиралках. А дальше — как пойдёт. Ты же сам этого хотел, когда фотки кидал.
Вечером мама вернулась уставшая.
— Мам, слушай, я сегодня стиралку запускал — опять на отжиме жутко шумит, вот-вот развалится. Я уже вызвал мастера на завтра утром, к 11 придёт. Нормальный парень, отзывы хорошие, быстро приезжают. Завтра же выходные.
Она подняла глаза от телефона, удивилась немного:
— Ой, Дим, ты уже? Спасибо, солнышко. Хорошо, что ты сам обо всём подумал.
Я написал «мастеру» (то есть ему):
— Завтра 11:00. Адрес: … Мама будет дома. Indesit, модель … Шумит на отжиме.
— Понял. Буду в 11:00 ±10 мин. До завтра
Ночь почти не спал. Утром мама вышла в светло-сером спортивном костюме: облегающие штаны, топ, хвост, влажные волосы после душа.
— Доброе утро, соня. Кофе будешь?
— Ага.
В 10:55 сообщение:
— У подъезда. Синяя куртка, чёрная сумка. Открывайте.
Я крикнул:
— Мам, мастер приехал, я открою!
Открыл.
На площадке стоял парень моего роста, короткие тёмные волосы, лёгкая щетина, спокойная улыбка. Куртка «СервисБыт», сумка инструментов.
— Здравствуйте. Антон, по вызову на стиральную машину.
— Проходите…
Мама вышла из кухни, вытирая руки:
— Добрый день! Ой, так быстро… Спасибо.
— Добрый день. Показывайте пациентку, разберёмся.
Она повела его на кухню. Я остался в коридоре, прислонился к стене. Слышал голоса:
— Сейчас подключим… посмотрим код ошибки…
— Ой, аккуратнее, там пол скользкий после мытья…
— Ничего страшного, я привык. Давайте тестовую запустим.
Он закончил быстро. Машинка заработала тихо. Собрал инструменты, вытер руки. Мама вышла проводить, улыбалась — уже с лёгкой растерянностью после его ненавязчивого комплимента про «ухоженную хозяйку».
Антон вдруг повернулся ко мне, улыбка исчезла:
— Димон, выйди-ка на улицу. Покури, пройдись. Нам с Екатериной Сергеевной нужно… обсудить гарантию.
Мама удивилась:
— Что? Нет, всё нормально, Антон, не надо…
— Всё нормально. Дима, ты слышал? Иди.
Я замер. Кровь ударила в лицо.
Мама повернулась ко мне, глаза расширились:
— Хорошо, пойду прогуляюсь!
Антон посмотрел на меня и подмигнул.
Ноги сами понесли. Я схватил куртку, выскочил, спустился. Стоял у подъезда, курил дрожащими руками, смотрел в окна своей квартиры. Потом вспомнил что у меня есть удаленный доступ к камере дома, решил открыть — вдруг что увижу.
Я достал телефон, пальцы дрожали так, что едва попал по иконке приложения. Ввёл пароль от домашней камеры, что мы поставили в коридоре «на всякий случай», когда мама одна оставалась надолго. Камера была направлена так, чтобы видеть и входную дверь, и кусок кухни, и начало гостиной. Звук был, картинка чёткая — HD, цветная, без задержек.
Сначала ничего. Пустой коридор. Потом в кадр вошла мама — всё в том же сером спортивном костюме, волосы ещё чуть влажные, собраны в низкий хвост. Она стояла спиной к камере, разговаривала с Антоном. Тот уже снял куртку, остался в чёрной футболке с коротким рукавом — руки крепкие, видны вены. Он что-то говорил тихо, мама сначала кивала, потом покачала головой, улыбнулась неловко. Потом он шагнул ближе.
Я увеличил изображение. Зву был неидеальный — микрофон камеры ловил в основном эхо от кухни, но голоса разобрать получалось.
Познакомила с коллегой