придумает, что с ними делать. Тем временем я шепнул ей, что нам следует отойти от края утеса и вернуться в лес. Мои мысли о том, чтобы найти место для постоянной базы на побережье, внезапно изменились. Это было бы слишком опасно.
Пока еще было светло, мы сели на лошадей, и я определил по компасу местоположение холма на моей карте под названием Круах Лусах. Похоже, что здесь в материк входил другой залив, гораздо более узкий и, возможно, более подходящий для нас, чтобы найти место для поселения. Путь занял у нас примерно полтора часа, и здесь еще было достаточно солнечного света, чтобы осмотреть береговую линию и быстро найти пещеру, достаточно большую для наших нужд, с толстым песчаным полом.
Мы привязали лошадей под деревьями, где было достаточно травы, чтобы они могли пастись. Я почти ничего не знал о уходе за лошадьми и не был уверен, нужен ли им какой-то особый корм.
На данный момент они казались в порядке, и я решил спросить Кирсти - в конце концов, она была фермерской девушкой - не понадобится ли им когда-нибудь специальный корм.
Кирсти уже собирала папоротник, чтобы сделать еще одну постель в этой новой пещере, и я тоже приступил к делу, собирая дрова и ища березы, чтобы пополнить свой запас трута. Я отошел от пещеры немного дальше, чем накануне вечером, в поисках березы, и наткнулся на небольшую поляну посреди леса. Были признаки того, что эта поляна была местом обитания дичи, возможно, оленей, так как на нее вела изношенная тропа, ведущая к небольшому озеру на другом конце. Я запомнил это как потенциально полезную информацию; возможно, я смогу придумать способ добыть оленя.
Когда я вернулся в пещеру, Кирсти уже закончила собирать папоротник и, как и вчера, устроила себе постель из пледа и спального мешка. Она с волнением просматривала оставшееся содержимое моего рюкзака, поднимая одну вещь за другой, рассматривая их и откладывая в сторону. Я бросил дрова и пошел искать камни, чтобы разжечь костер, оставив ее играть с моими вещами, как ребенка на Рождество.
Когда я собирал камни, мне пришло в голову, что мое ожидание сна значительно отличалось от предыдущего вечера. Моя нервозность исчезла, и вместо этого я с нетерпением ждал, когда погаснет свет, чтобы я мог прижаться к моей прекрасной горной жительнице. Я также решил, что пора принять ванну и побриться, Кирсти тоже не помешало бы это сделать, и я подумал, что потереть друг другу спины может быть интересным занятием. Когда я вернулся в пещеру, я подготовил кострище и использовал часть своего нового запаса трута, чтобы разжечь огонь. Я предложил Кирсти искупаться, но она не проявила энтузиазма. Мое отношение, должно быть, действительно изменилось, потому что в ответ на ее отсутствие энтузиазма я просто перекинул ее через плечо, схватил свою сумку с туалетными принадлежностями, пошел к воде и бросил ее в нее.
— Ладно, теперь это подход пещерного человека! - посмеялся я про себя. - Переезжай в пещеру и прими образ!
Кирсти это не понравилось! Я бросил сумку, быстро разделся, схватил гель для душа и присоединился к ней в воде. Она прыгнула на меня, явно намереваясь выцарапать мне глаза, но я бросил гель, схватил ее за запястья и удержал.
— Успокойся, девочка, успокойся.
Она продолжала сопротивляться, поэтому я притянул ее к себе и обнял, целуя. Это, казалось, немного успокоило ее, и вскоре она расслабилась в моих объятиях, наслаждаясь глубоким поцелуем и моей рукой, которая теперь ласкала ее грудь. Холодная вода заставила ее соски набухнуть, и я мог почувствовать один из
Чародейки